Хадсон потянулся к ней, провел рукой по ее голому бедру, его глаза сверкнули, когда он понял, что она надела его боксеры. Он усмехнулся и покачал головой. Зажав телефон между плечом и ухом, он наклонился вперед и сдернул белье вниз по ее ногам. Она наблюдала за ним с растущим восхищением, созерцая одновременно игривого любовника и властного руководителя. И это сочетание захватывало дух.
Его рука скользнула вверх по внутренней стороне бедер Алли, пальцы дразнили ее, поглаживая шелковистые складочки. Она подавила стон, когда один палец, а за ним и другой нырнул внутрь и тут же вышел обратно, снова и снова. Не отводя от нее взгляда, он убрал руку и поднес ее ко рту, облизывая пальцы. Алли бесшумно вздохнула. Его глаза дьявольски сверкнули, когда он ответил кому-то по телефону:
- Я хочу, чтобы эти цифры были удвоены к концу следующей недели.
О, так вот какую игру он ведет? Алли расценила его самодовольную ухмылку как вызов. Возбудившись и желая большего, чем беглое прикосновение его пальцев, она забралась ему на колени. Ее ноги едва доставали до пола, когда она оседлала его. Она потянулась к пуговице его джинсов и поиграла с ней, ища на его лице реакцию. Глаза его потемнели, давая ей то самое поощрение, в котором она нуждалась, чтобы расстегнуть ширинку и освободить его эрекцию.
Алли не разрывала зрительного контакта, устраиваясь на его толстой длине. Хадсон с трудом сглотнул, наблюдая, как она вцепилась в спинку кожаного кресла и опустилась на него, приятно, дюйм за дюймом. Чувство наполненности, которое он ей дарил, было невероятным, и ей пришлось сдержаться и не застонать от сладкого вторжения.
Упираясь в спинку кресла, она поднималась и опускалась медленными плавными движениями. Хадсон едва не зашипел и схватил ее за талию. Он пытался удержать ее на месте, но она покачивала бедрами, скача на нем и бесшумно раскачивая кресло. Вверх - вниз. Снова и снова. Он бросил взгляд вниз, туда, где соединялись их тела, стараясь сохранить хладнокровие и ровный тон голоса, тогда как она пытала его размеренными ударами.
- Сообщите мне в понедельник, - выдавил он сквозь зубы и буквально швырнул телефон в гнездо. - Проклятье, Алли, - он застонал и захватил ее рот в яростной нужде, быстрые движения его языка обжигали. Руки его распластались на ее талии, он раскачивал ее в мощном и властном ритме.
Обхватив лицо Хадсона ладонями, Алли накрыла его губы своими, пока он продолжал насаживать ее на себя. Ее руки пробежались по его волосам, и она закричала ему в рот, стискивая его внутри, когда ее накрыл мощный оргазм. В его горле завибрировал стон, смешавшийся с ее криками, и его бедра резко вскинулись, содрогаясь в спазмах освобождения.