При виде этого поцелуя у Алессии что-то неприятно кольнуло в груди, а голос Нокрии усилил это неприятное ощущение.
- Ты смотри, как она млеет с видом скромницы.
- Это моя красавица, Алессия, - при этом он глянул на Крэна.
Его красавица в ответ просто качнула головой в знак приветствия, держа свои руки при себе. Подошел официант, и они заказали себе фирменное блюдо этого ресторана. Заказ принесли быстро, он пользовался популярностью среди посетителей, поэтому его заранее готовили. Не успевало это блюдо остыть, как его заказывали.
А дальше во время обеда Алессия наблюдала, как за светской беседой ЕЕ крылатика качественно соблазняли. Крэн, дабы его сестре не мешали, переключил свое внимание на Алессию, чем очень нервировал Дэйзара, но тот виду не подавал, его забавляла реакция его конфетки. Ее чувство ревности просто зашкаливало, а это значит, что он ей не безразличен и очень скоро он поведет ее на ритуал слияния. Как еще она может понять, что тоже его любит, как и он ее. За этим всем со стороны наблюдала Нокрия, сделала свои выводы самки и поделилась ими с Алессией.
- А ведь твой крылатик хочет, чтобы ты ревновала, набивает себе цену, самец, - сердито буркнула она.
Услышав это, Алессия мило улыбнулась Крэну и направила на него волну счастья и радости, она угадала с его вкусами. Дэморанс сыто заурчал помимо воли, действуя на инстинктах, его глаза загорелись обожанием и восхищением. Сейчас он видел перед собой самое прекрасное существо, чьи эмоции были потрясающими вкусными и сильными. Он придвинулся ближе к Алессии и, склонившись к ней и, как, кот промурлыкал.
- Ты особенная, такой нет во всей вселенной! - договорить он не успел.
Потому что раздалось грозное рычание и Алессию в одно мгновение пересадили себе на колени.
- Я же сказал, она МОЯ! По прилету домой она станет моей женой! Или ты хочешь оспорить мое место мужа? - уставился он на опешившего Крэна.
И тут раздался заливистый смех Алессии, разряжая накаленную обстановку, которую с беспокойством почувствовали все посетители ресторана. Если дэморансы сойдутся здесь в бою, тут не останется ничего целого.
- Успокойся, крылатик, главное, что я знаю, кому принадлежит мое сердце! - наклонившись к его уху, прошептала, - но если ты будешь испытывать мое терпение, заставляя меня ревновать, то поверь мне, все эти прелести ты испытаешь намного сильнее, чем я, - с этими словами она направила на него волну любви и блаженство, а затем страха, к которому он так не равнодушен.
Между сытым урчанием он прошептал ей на ушко.
- Скажи, что я твой и ты принадлежишь только мне.