— Я не согласна. Если Мак ошибется, — шепчет Джейда, — мы можем застрять здесь на несколько недель. Кристиан сильный. Он удержится.
— Айе. Он Келтар, — тихо произносит Драстен. — Он удержится.
— Кайрос[59], — говорит Дэйгис. — Этот вечер смердит им. Действовать нужно сейчас.
Дальше мы поднимаемся в молчании. Все мы знаем свои задачи, все согласились с множеством дополнительных пунктов в зависимости от обстоятельств. Я поднимаюсь уже в альпинистской обвязке. Когда доберемся до вершины, Бэрронс и Риодан прицепят карабины и спустят меня вниз. Увидев Кристиана, я сообщу об этом. Джейда, Дэйгис и Драстен наши наблюдатели. Все они непрерывно будут следить за гнездом Карги.
Мы начинаем подниматься по снежному пику, а Джейда с горцами пригибаются низко к земле.
Бэрронс ведет нас, придерживаясь растаявших участков. Луна заливает гору серебром с легким оттенком красного вина. Я невидима, поэтому шагаю прямо к обрыву, сражаясь с пронизывающим ветром. Я глубоко вдыхаю хрустальный горный воздух. Далеко на севере виднеется похожий на иглу шпиль, на котором устроилась Карга. Риодан прав: никто не в силах туда забраться. Особенно когда она сидит наверху, как сейчас, спиной к нам, лихорадочно щелкая спицами, ее волосы змеятся по спине и окровавленным, дергающимся внутренностям ее платья, которое свисает вниз. Но даже в отсуствие Карги задача будет опасной. Впрочем, мы можем воспользоваться планом Б — подождать ее отлета, если план А не сработает. Если бы я сумела добраться до гнезда Алой Карги и залечь там в засаде, невидимая… Стоп, я не осмелюсь ее ударить. Хотя если все остальные будут спасать Кристиана и оставят меня там, пока я не верну себе контроль над своим телом…
Надеюсь, до этого не дойдет.
— Ты готова? — хриплым шепотом спрашивает Бэрронс.
Я киваю, а затем быстро говорю «Да». Постоянно забываю, что меня никто не видит, потому что я-то их вижу.
— Где ты? Прикоснись ко мне.
Я вкладываю руку в его ладонь, и пару секунд Бэрронс просто стоит, глядя на то место, где должна находиться я, а затем закрывает глаза и переплетает пальцы с моими. Я отчетливо слышу то, чего он не говорит: «Лучше уж притащи свою задницу обратно ко мне, женщина».
Я отвечаю ему пожатием: «Я всегда так и поступаю».
Бэрронс тихо смеется, а потом каким-то образом находит мое лицо и целует меня, быстро и легонько, а я, ощутив его вкус на губах, понимаю, что хочу его, сильно и быстро.
А потом они с Риоданом начинают шарить по мне руками, пропускать тросы через невидимые на мне кольца, готовить меня к первому в моей жизни жуткому спуску с двухсотфутового обрыва.