Мальчишка назвал свой адрес, и девушка нахмурилась. Пешком они не дойдут в такую погоду. Она вызвала такси и аккуратно усадила Диму туда, чтобы не испачкал все вокруг.
— Почему ты вечно такой грязный и мокрый? По лужам прыгаешь?
— Нет, просто гуляю.
— В дождь? — Он кивнул, будто бы закрываясь от нее с каждым словом. — А школа? Ты ходишь в школу?
— Нет.
Видя, что ребенок сейчас совсем отрежет все нити взаимопонимания, их связывающие, она притянула его ближе к себе и заставила посмотреть на себя.
— Выкладывай всю правду, пока мы едем. Почему не в школе?
— А зачем мне туда ходить?
— Чтобы потом найти хорошую работу и зарабатывать деньги...
— Моя мама скоро умрет, мне не нужна никакая школа, — дрожащим голосом выговорил он, и на глазах мальчика заблестели слезинки. — Без мамы и я скоро умру. Что толку от этой школы?
Рот девушки шокированно приоткрылся, но она сумела справиться с эмоциями. Такой маленький, а понимает, что представляет из себя смерть. Смерть — женщина жадная. Она забирает не только физическую оболочку самых дорогих людей, но и всасывает в себя все, что тебя окружает, если ты слаб, чтобы противостоять ей. Она будет опустошать твою жизнь до тех пор, пока не насытится или не получит сдачи. Чаще всего смерть отступает, оставив после себя сплошное одиночество и пустоту, которую невозможно заполнить.
— Не говори глупостей. Если будешь думать о хорошем, то все и будет хорошо. — Она стянула с него шапку и погладила по голове. — Обещай, что не станешь больше так говорить.
— Обещаю.
Жил Дима в маленькой однокомнатной квартирке, где в этой самой комнате и помещались они с мамой. Ирина осторожно вошла внутрь, не зная, как отреагирует его мать на вмешательство в их жизнь постороннего человека. Она не могла даже себе ответить на вопрос, зачем делала это. Зачем связалась с этим мальчиком, зачем полезла в чужую жизнь, зачем это милосердие. Вся правда в том, что люди слишком часто спрашивают себя: «Зачем?», вместо того чтобы действовать. Может, пора перестать прятаться за увиливающими вопросами и ответами, дабы только не шевелить пальцем, а начать оправдывать свое существование?
Стены были обшарпанными, в некоторых местах обои и вовсе слезли. Этакие рваные улыбки горести и нищеты. Обычное дело для обычных людей. Запах в квартире стоял затхлый, было очень душно. Это задыхается жизнь простого человека, у которого нет другого выхода, кроме как умереть, протащив обузу собственной жизни до самой смерти на своей шее.
— Дима, это ты? — хворый женский голос донесся из комнаты в коридор.