— А как же твои подданные? — использовала я последний остававшийся у меня аргумент. — Как они отнесутся к твоему выбору?
— Начнем с того, что я воспользуюсь привилегией высших вампиров самостоятельно решать, на ком жениться, — пожал плечами он. — И сама подумай, кто из них сможет возразить?
Я почувствовала, как мне становится легче, и напряжение медленно уходит, словно с меня сняли колодки, в которых я провела очень много времени, а теперь ко мне медленно возвращалась способность двигаться. Значит… все в порядке? У нас двоих все же может быть какое-то будущее?
— Последняя неделя выдалась тяжелой, — сообщил тем временем Адриан, наблюдавший за выражением моего лица. — И, боюсь, у меня при себе нет кольца, чтобы все сделать согласно традициям, но я все же повторю свой вопрос — ты станешь моей женой?
Окончательно отбросив любые сомнения, я просияла в ответ счастливой улыбкой. Как там Оттилия говорила — как всякая влюбленная девушка, я должна хотеть..?
— Стану! — уверенно ответила я. — Демон с ним, с кольцом.
И сама приподнялась на цыпочки, чтобы поцеловать его.
Полночи я проворочалась с боку на бок, будучи не в силах успокоиться и заснуть. Пару раз я вскакивала с кровати и в волнении кружила по темной комнате, поскольку счастье, которое я испытывала в тот момент, было таким всепоглощающим, что ни о каком сне не могло быть и речи. Неужели это и в самом деле произошло? То, что казалось совершенно невозможным и лежало в области несбыточных мечт и желаний?
Он любит меня! Он и в самом деле любит меня!
Значит, замужество. Ну ладно, свадьба так свадьба. Страшновато, конечно, поскольку я ни разу всерьез не задумывалась о короне и не стремилась к ней. Трудности, конечно, будут, это очевидно. И, раз сто лет назад Исабелу убили собственные подданные, почему ситуация не может повториться снова, особенно с учетом того, что моя персона уж точно не вызовет у вампиров восторга? С другой стороны, сто лет назад ни Магнус, ни Исабела не ожидали такого удара со спины, а Адриан наверняка и сам прекрасно понимает, какие последствия могут быть у его решения.
Должен ли он узнать о том, что произошло перед Кровавой войной? О том, что именно стало причиной безумия Арлиона? А нужно ли это? Сто лет прошло. Родителей Адриана уже давно нет, Арлион безумен, и его руки даже не по локоть, а по плечи в крови, причем без Исабелы.
Пусть пока все остается так, как есть, решила в итоге я. А потом посмотрим.
Эти сомнения и размышления не могли ухудшить моего настроения, и проснулась я наутро в приподнятом расположении духа. Одевшись и причесавшись, я особенно придирчиво, чего раньше никогда не делала, осмотрела себя в зеркало и отправилась в столовую на завтрак. В коридоре я некоторое время тщетно пыталась убрать с лица счастливую улыбку, но это мне удавалось лишь с переменным успехом. Отчаянно гримасничая, стараясь сделать спокойное и, по возможности, невозмутимое лицо, я пропустила момент, когда из своей комнаты вышла Оттилия, на ходу поправляя короткие черные волосы, едва доходившие ей до плеч. Я улыбнулась ей, и мы вместе направились к лестнице, но, когда я уже была готова поставить ногу на ступеньку, вампирша внезапно остановила меня, схватив за руку: