На горизонте показался колхозник. С криками «А ну стой, твою мать!» он бежал к трактору. Завидев начальника, он повернул к нему. Но, подбежав, он не успел произнести ни слова. Зверски вращая глазами, Морев заорал:
– Фамилия?
Опешивший селянин неуверенно произнес:
– Ну Сидорчук.
– Не ну Сидорчук, а колхозник Сидорчук!
Окончательно обалдевший Сидорчук как-то весь выпрямился, подтянулся, поправил на боку планшетку, вытянул руки по швам и представился:
– Колхозник Сидорчук!
Да, школу Советской армии никаким колхозным строем не вымараешь.
– Обращайтесь.
Уже совсем неуверенный в своей правоте, колхозник промямлил:
– Это же вроде как воровство, а?
Он вопросительно посмотрел на Морева.
– Это, товарищ Сидорчук, не воровство, а конфискация.
И сунул ему в нос удостоверение. Красная книжка произвела должный эффект. Сидорчук, опасаясь, что его могут привлечь к работам, все же промямлил:
– Товарищ начальник, может, вы мне какую бумагу дадите? Ну, чтоб вопросов не было.
– Давай на чем писать.
Сидорчук суетливо вытащил из планшетки выцветший лист бумаги и обгрызанный карандаш.
Секунду подумав, Морев написал:
«Расписка № 1.
Для выполнения работ по навигационно-гидрографическому обеспечению боевых действий Черноморского флота в районе мыса Железный Рог конфискован один прицеп люцерны. Капитан III ранга…» Подпись неразборчиво.
До конца не веря в удачу, счастливый колхозник удалился. Наблюдавший этот цирк Петрович Морева зауважал и с этой минуты называл его исключительно НАЧАЛЬНИК.
Вечером хозяйка принесла трехлитровый бутылек парного молока. Лед растаял.
Через пару дней Петрович подкатил с очередной просьбой:
– Начальник, мне бы хлебушка для Зорьки.
– Ну так купи, сельпо ж работает.
– Так больше одной буханки белого в руки не дают.
В ход пошел отработанный набор приемов – форма, удостоверение, расписка № 2. Продавщица, вывалив на прилавок свои стареющие прелести, сдалась сразу. Расплатившись, под завистливые взгляды станичников два мешка с хлебом загрузили Петровичу в машину.
На ужин благодарная хозяйка пригласила всех в хату. Стол накрыли от души – и самогон, и сальце, и огурчики, и помидорчики, и, конечно же, борщ. Настоящий, ложку не провернешь. Особенно хороша была сметана от Зорьки, кремового цвета, она таяла во рту, как мороженое.
После борща и самогона потянуло на поговорить.
– А хороша у тебя, Петрович, Зорька. Может, ей еще чего надо?
– Надо-то надо, но тут даже ты, начальник, не поможешь.
– Не тяни кота за яйца, говори, в чем дело.
– Так я ж говорил, гуляет Зорька. Быка ей надо.
– У вас что, в Краснодарском крае быки перевелись?