Уэйд подмигивает мне. Я отчаянно хочу, чтобы у меня в руке оказался безалкогольный напиток, который я могла бы плеснуть ему в лицо.
– Прости за то, что пытаюсь помочь тебе, – говорю я, чувствуя, что краснею. – Прости за то, что переживаю за тебя и пытаюсь остановить людей, которые вмешиваются в твою жизнь. Я просто старалась быть твоей подругой! Несмотря на игнор, двусмысленные оскорбления и обиды, я все еще здесь.
Делаю глубокий вдох и смотрю ей прямо в глаза. По крайней мере, Хаксли перестала смеяться и, кажется, слушает.
– Я все еще здесь и пытаюсь быть твоей подругой.
– Если бы ты была моей подругой, то прекратила бы вмешиваться в мою жизнь. Сколько раз я просила тебя оставить меня в покое. Скажу еще раз. – Она хлопает в ладоши и показывает ими на меня. – Уходи.
***
Я, спотыкаясь, в подавленном настроении возвращаюсь к стойкам с напитками. Пора завязывать с планами. С чего я вообще взяла, что они работают? Я дура. Сую нос не в свое дело. Однажды специалист по разрывам – всегда специалист по разрывам. Отправляю сообщение Фреду:
«У тебя отключен телефон? Где ты? Я хочу танцевать!».
Это на него не похоже. Обычно Фред насмехается над нами и говорит, что мы словно приклеены к своим телефонам, но я видела, как он быстро пишет сообщения, да и после поцелуев я не единственная, кто сразу же тянется к мобильнику. Лучше думать, будто он так активно танцевал, что разбил свое средство связи.
Я встаю в очередь за диетической колой. Передо мной стоит группа парней, которые пихают друг друга. Один из них поворачивается, и я вижу, что это Доминик. Гладкие черные волосы и эти сверкающие голубые глаза, которые пристально смотрят на меня. На секунду мне захотелось, чтобы у него была традиционная ориентация.
– Добрый вечер, мадам, – немного невнятно произносит он, придвигаясь слишком быстро и обдавая меня запахом алкоголя. Мне приходится оттолкнуть его.
– Послушай, – говорю я ему. – Лео замечательный парень. Знаю, то, что он сделал, кажется немного странным, но он хороший. Честно.
Я помню, как они выглядели на концерте «Джессалинс», когда завязали беседу, и мир словно перестал их интересовать.
– Я знаю, что он хороший парень, – ответил Доминик. Друзья передали ему содовую. Он придвинулся поближе ко мне и продолжил: – Но Лео только дразнит.
– Что?
– Что слышала. – Доминик наклоняется к моему уху и практически кричит, несмотря на то, что музыка играет не настолько громко. – Он, черт возьми, только дразнит.
– Лео слишком воспитанный, чтобы дразниться.
– Мы встречались почти целый месяц, а он не захотел перейти даже к третьей базе.