Лео прожег его взглядом, а Рольф улыбнулся.
– Это правда. А теперь еще и наполовину американцы.
– А туфелька? – продолжила Джо, словно Рольф ничего и не говорил.
– Традиция с туфелькой появилась на коронационном балу в 1790 году, накануне которого принцесса потеряла туфельку, – сказал Лео, прежде чем Рольф успел выпалить что-то язвительное. Лео явно проводил школьные каникулы, гуляя за экскурсоводом по дворцу. – Вечер был почти испорчен, это показалось ужасным знамением, и принцесса собиралась уезжать, но паж отыскал туфельку под столом.
– По легенде, ее стащила чья-то собачка, – вмешался Рольф. – Какой породы, не уточняется. Так что можешь взять с собой Бэджера и возродить семейную…
– Нет! – хором сказали мы с Джо.
– По правде говоря, нет причин для волнения. – Лео подлил мне вина. – Это займет всего пару минут. Паж вынесет тебе подушку с золотой туфелькой, ты передашь ее маме, она поблагодарит, ты сделаешь реверанс, она ее наденет, и затем они с папой станцуют вальс, а мы будем хлопать.
– А потом напьемся. Ура! – Рольф замахал официанту, требуя еще вина.
Джо его проигнорировала. Она использовала тот же метод дрессировки «игнорируем плохое, награждаем за хорошее», что и я с Бэджером, и примерно с тем же успехом.
– А затем, когда появятся милые фото улыбающихся Эми и вашей матери, газеты перестанут печатать этот бред о «войне принцесс»? – спросила она.
– О, так ты видела газеты? – Лео нахмурился.
– К сожалению, – сказала Джо. – Жизель сегодня утром прислала к нам в квартиру еще один выпуск.
Я была «на ножах с иконой стиля Лизой Бахманн из-за двойной церемонии». И нам не разрешили вмешиваться – иными словами, я не могла поехать в Ротери и поколотить Дженнифер Уэйнрайт, которая наверняка наслаждалась тем, что стала звездой в редакции и получила больше колонок.
– Наши юристы взялись за дело, – сказал Лео. – Одна газета получит эксклюзивный доступ на бал и место на коронации в обмен на гарантию, что оставит Эми в покое, а остальные издания мы предупредили.
– Это сработает? – спросила я.
– У нас очень хорошие юристы, – сказал Лео.
Рольф рядом с ним закивал, зная об этом по личному опыту.
– Серж и Гильермо периодически сбегают в город, чтобы в немодных джинсах тереться там обо все, что шевелится, – сказал он. – И никто ни слова об этом не написал.
– Именно, – сказала Джо. – Декаданс устарел. Сейчас в моде все оттенки благотворительности и садоводства.
На лице Рольфа отразился искренний ужас, но он ничего не сказал. Возможно, потому, что Джо слишком сильно его пинала.
Мои родители, конечно же, были в шоке из-за газетных историй, они сразу позвонили мне, заверяя, что никак с ними не связаны.