Сходив к чемоданам и распотрошив пару ближайших я разжился свитером, майкой и штанами, модного в этом сезоне, хаки. Скинув старое тряпье и переодевшись, я забрал свою разгрузку и на ходу натягивая ее, направился к отелю. Охлопывание жилетки обнаружило бинокль и забытую шоколадку. Дробя зубами Сникерс я вошел в темный, провонявший дымом, коридор.
Гарью пропах весь отель. Покосившись на распахнутую дверь своего номера и мельком поглядев на бардак внутри я понял — первый пленник еще жив. Ладно. Поправимо.
Вонючий коридор вывел в обгорелый холл. Почерневшая и потрескавшаяся кожа диванов, закопченный потолок, битое стекло — вечеринка удалась. Прохрустев по обгорелому ковролину и отметив отсутствие трупов, я оглядел окрестности через дверной проем с осыпью стекла вместо дверей — россыпи гильз, раздавленные, пустые магазины, сгоревшая машина. Деревья сохранились — огонь сюда не дошел.
Вернувшись, я завернул в администраторскую. Припасы исчезли — арабы вынесли все, включая консервы. Воспоминание удержало, заставив дойти до окна. Пошарив за дальним шкафом я извлек, заначеный накануне, дробовик. Нехорошая улыбка растянула губы. Пересчитав патроны и заново перезарядив, уже вооруженный, я перешел к следующему пункту — бару.
С привычным меню была напряженка — шоколад спекся, сигареты обгорели. Пошарив среди обугленных блоков я выудил пару пачек относительно целого Мальборо. Дальнейшие раскопки принесли бутылку воды и одну из последних коньячных фляжек.
Визит в столовую вооружил здоровенным куском сыра.
Мрачно сожрав кусок от куска и попив воды, я задумался — что еще? Напомнила саднившая от ожогов голова. Посмотрев на себя в уцелевшее оконное стекло и еще раз покачав головой я поднялся в разгромленный номер, принимаясь за розыски пены и бритвы. Искомое нашлось на полу.
Устроившись у бассейна, я смочил купол и морщась принялся за превращение монаха с тонзурой в бритоголового урода. Закончив с бритьем, смазав голову мазью от солнечных ожогов и перевязав ее импровизированной банданой я вытащил сигареты и направился к привычному месту для раздумий — кустам на берегу. Следовало поразмыслить — зачем и куда идти.
Туман над морем разошелся, оставив тощий слой «молока» над водой. Посматривая на него я вытащил огниво и остановился, не донеся зажигалку до лица — над туманом показался непонятный предмет, смахивающий на удлиненный ящик. Предмет чуть повернулся, показав профиль острого носа — дрейфующая лодка. В нападение с моря верилось, как в инопланетян и я, отведя глаза, закурил.
— Дима? — донеслось с моря. Мощный чих вдогон. Я вздрогнул.