— Просыпайтесь. Олег Николаевич, прилетели. — Он открыл глаза. Пилот повторил, что они идут на посадку, и улыбнулся. Олег не помнил, как и когда заснул. Но, раз прилетели, значит, он себе отдохнуть часок позволил. А силы бывшему афганцу теперь понадобятся. Он возвращался не просто домой, а на новую большую войну. И эту войну он обязан выиграть.
* * *
Леонид выслушал всю информацию, что Голенев привез из Москвы и принял решение:
— Отец, я сам поеду в Москву.
— Сынок, Нино ты ничем не поможешь. Она в хороших руках, а здесь, мне кажется, ты нужнее. — Попытался вразумить сына Олег.
— Отец, ты меня не понял. Мне надо в Москву по другому поводу. Я хочу кое-что уточнить. Понимаешь, если верить Косте и следователю прокуратуры Гиренко, Никодима больше двух недель нет в городе. По их сведениям он все это время в Москве. Ты только что это подтвердил, сообщив, что он выступал на собрании партии «НДР». Как же он мог, находясь в столице, руководить всеми акциями в Глухове? И с кем тогда беседовал Рунич?
— Никодим мог попасть на сборище в Хамовниках и после беседы с журналистом. Рунич же успел в Москву!
— Кстати, ты поинтересовался, как? — Полюбопытствовал Леонид.
— Конечно. После разговора в лесу, Женя позвонил Молодцову и ФСБ остановило на одну минуту в Глухове скорый поезд. Через четыре с половиной часа Рунич был в Москве. А вертолетом еще быстрее.
Леонид улыбнулся.
— Папочка, не надо фантазий. Скорый ради Никодима останавливать не станут, а вертолетом он вряд ли пользовался. Если бы он перемещался по воздуху, в ФСБ об этом бы знали? Понимаешь, о чем я говорю?
— Ты считаешь, что Никодим тут не при чем?
— Нет, я так не считаю. Но проверить, находился он в Москве все это время, или это хорошо спланированный блеф, необходимо.
— Ладно езжай. Можешь взять мою «Ладу».
— Спасибо отец. И еще дай мне на всякий случай телефон подполковника ФСБ и журналиста.
Голенев выписал сыну телефоны москвичей и отдал ключи от машины:
— Когда собираешься ехать?
— Прямо сейчас.
Олег посмотрел в окно. Небо на востоке побледнело, но до восхода солнца оставалось не меньше часа:
— Советую перед дорогой поспать. Мы же пол ночи в трепе.
— Ничего, буду засыпать, под кустом встану и подремлю. Ты не волнуйся.
Собрался Леонид быстро. Голенев широко зевнул, но вышел в сад проводить сына. Не успел тот отъехать, у калитки притормозило такси.
«Кто бы это мог быть в такую рань»? — Подумал Голенев и увидел Кристину. Девушка извлекла из багажника спортивную сумку и, расплатившись с водителем, бросилась к Олегу.
— А я думала, все еще спят! — Воскликнула юная рыбачка.