И тут я поняла, что сейчас заплачу… Черт… Черт, черт, черт! Грей тут же поймал мое настроение, лизнул горячим языком в щеку.
– Здравствуйте… Что для вас? – вытаращился на меня продавец. Черные глаза сузились – хозяин здешнего магазинчика оценивал ситуацию. И явно не знал, как ему реагировать: спросить, что со мной случилось, или нажать кнопку вызова охраны…
– Добрый вечер! Бутылку хорошего коньяку.
– Ночь, уважаемая. Не имею права…
А я поняла, что и не вспомнила дома про деньги.
Рванула ожерелье. Положила перед хозяином. Тот совсем напрягся.
Охранникам придется за вызов заплатить, а колье поблескивало при электрическом свете весьма многообещающе. Не так, конечно, как в свете магических шаров имперского дворца, но красиво…
– Подделка? – спросил он после раздумий.
– Не думаю, – усмехнулась я.
– Я же вас знаю, – пригляделся он. – И собака Журавлевых.
– Именно так. И если надо – я завтра деньги занесу.
Мы с ним переглянулись.
– Смелее! – подбодрила его я. – Проверяющие органы в таком виде контрольные закупки вряд ли будут совершать.
Хозяин на мгновение исчез под прилавком. Наконец с тяжелым вздохом мне выдали литровое счастье. И было бы оно безгранично, если бы не два глухих хлопка за спиной…
Сзади истерично тренькнул звоночек на двери магазина, видимо, обиделся на посетителей за то, что пробрались-таки внутрь, не спросив у него разрешения. Стоп. А почему колокольчик звякнул-то? Хлопок был сзади меня, в дверь никто не входил… Видимо, откат от открытия портала. Да какая, собственно, разница? Бутылка-то у меня!
Сзади, как и следовало ожидать, стояли два имперца. И как это я угадала?
– Миледи! – поприветствовали меня милорд Милфорд и Джон Адерли хором. – Миледи Вероника!!!
Я развернулась, прижимая к себе литровую бутылку с изображением старого замка на этикетке. Подошла к мужчинам, вспомнила про сигареты. Сунула бутылку Милфорду. Он подхватил ее так проворно, будто только этим всю жизнь и занимался. «Наш человек», – улыбнулась про себя я. Так… А это что? Ника, Ника, спокойно… Ты очень расстроена, я знаю, шампанского в тебе много, обиды тоже, но икать сейчас нельзя категорически! Фи, миледи, ты же в бальном платье… Держись… Так. Я подняла палец вверх, картинно задержала его чуть выше носа Милфорда и, пристально глядя ошалевшему разведчику в глаза, негромко произнесла:
– Сигареты… забыла! – Развернулась, пошла обратно к кассе. Добыть сигарет было уже делом техники – бедный дядька был готов отдать мне что угодно, лишь бы избавиться наконец.
– И жвачку хочу! – гордо изрекла я.
– Вы что, отдали ему жемчуга из императорской сокровищницы? – раздался возмущенный голос Милфорда у меня за спиной.