Следующие несколько выступающих оказались очень скучными. Девочки и мальчики нудно читали стихи из школьной программы. И вообще, мы с Агатой ждали, когда вызовут нас. И, естественно, волновались. Несколько развлекла нас одна девочка, фамилию которой я прослушал. Она сделала сальто, а потом долго ходила по сцене на руках. И при этом не проронила ни слова. Я, честно сказать, не понял, зачем ей нужна театральная студия. Ей бы художественной гимнастикой заняться или, например, в цирк пойти. Пока я об этом думал, объявили следующего кандидата и велели приготовиться Будченко.
Митька сидел с нами рядом. Ткнув его в бок, я спросил:
— Что еще за дела? Мы с тобой вместе записывались, а Агата раньше.
— Не знаю, — пожал плечами тот. — Наверное, так Василий решил. Ладно, ребята. Пойду готовиться. А то очень волнуюсь.
И, не удостоив нас больше ни словом, Будка направился за кулисы.
— Видала? — посмотрел на Агату я.
— Ничего не понимаю, — пожала плечами она. — Видно, наш Будочка как-то к Васе подкатился. Но что теперь поделаешь. Подождем.
Впрочем, мне было даже интересно, как и с чем выступит Митька.
Перед Будкой вышел Костя Петриченко из седьмого «А». Сперва его заклинило, и он минут пять торчал столбом посреди сцены. Тогда долговязая ведущая начала ему что-то бубнить из-за кулис. Костя затравленно поглядел на нее и как-то по-крабьи, боком, двинулся в противоположный край сцены. Там он вновь на какое-то время замер. Затем, вытянув тонкую шею, поглядел вниз и, испуганно воскликнув: «Ой!» — ретировался назад.
— Ну, наконец-то настоящий комик! — узнал я голос Сереги Винокурова.
Зал в предвкушении чего-то веселого обрадованно загудел. Однако мы все ошиблись. Костя оказался совсем не комиком. Он вдруг вытаращил глаза. Рот у него скривился, будто бы он внезапно вывихнул челюсть. Костя начал отбивать чечетку. Более душераздирающего зрелища трудно себе представить.
Немного поразвлекав нас подобным образом, Петриченко махнул рукой и бегом убежал за кулисы. И тут же с другой стороны из-за кулис вышел на четвереньках Будка. Зал разразился аплодисментами. Будка в ответ громко залаял, поднялся на ноги, еще раз как следует гавкнул в микрофон и объявил:
— Позвольте начать? Ну так вот, меня зовут Пес Бутс. По-английски это значит «сапожки». Я — сын Килдонана Брога. Он — кандидат в чемпионы нашей породы шотландских терьеров. А живу я с моим Повелителем. Хозяин у меня просто отличный.
Все засмеялись. Будка и впрямь был очень похож на собаку. То опускаясь на четвереньки, то изображая, будто почесывает бок ногой и обнюхивает другого пса, он принялся излагать, как познакомился на прогулке с еще одним скотчтерьером по имени Слипперс, что в переводе с английского означает «тапочки».