Незадолго до своей смерти могильщик Ротмайер якобы передал череп на хранение своему приятелю Йозефу Радшопфу. А тот в 1842 году в свою очередь отдал его Якобу Хиртлю. Когда Хиртль умер в 1868 году, череп унаследовал его брат Йозеф, известный венский френолог. После его смерти жена Йозефа хранила череп до своей кончины в 1901 году.
Сначала череп демонстрировался в открытой экспозиции в музее фонда, но вскоре музейный персонал воспротивился этому. Работники музея потребовали убрать череп, так как он вселял в них необъяснимый ужас. Некоторые вообще боялись заходить в этот зал. К тому же у всех людей из персонала музея, кто непосредственно контактировал с черепом, работал в жутком зале, начали происходить неприятности и серьезные бедствия. Появились неожиданные болезни, финансовые и семейные трудност. Произошла даже одна совершенно необъяснимая смерть. В конце концов работники музея устроили забастовку и категорически потребовали от руководства убрать череп.
Существует легенда о том, что руководитель музея, не поверив своим сотрудникам, решил доказать, что череп совершенно безопасен, и с этой целью провести целую ночь в зале с черепом. Сказано — сделано. Скептик остался на ночь. Но уже на рассвете с ужасом рассказывал о том, что в зале всю ночь раздавались крики, стоны и звуки музыки, звучащей непонятно откуда. Утром череп был убран. Но интересно другое. Все владельцы черепа, у которых он находился до помещения в музей, рассказывали то же самое: о криках, стонах и звуках музыки, доносящихся из того помещения, где находился череп.
Йозеф Хиртль, получивший череп от своего брата Якоба, пытался провести исследования, отделив часть костей черепа и нижнюю челюсть. Но, будучи разбужен ночью странными и страшными звуками, доносящимися из-за запертой двери кабинета, сразу же уверовал в то, что череп принадлежит великому композитору, и отказался от мысли проводить исследования. Он записал все то, что слышал ночью, составил подробное описание звуков. И как ни странно, эта запись в точности совпала с тем, что слышал руководитель музея много лет спустя.
Череп был убран из музея в хранилище. Но австрийские ученые, которые проводили исследование, пытаясь определить его подлинность, так и не пришли к единому мнению. Впрочем, большинство исследователей из группы довольно категорично высказывались о том, что череп не принадлежит Моцарту — просто не может ему принадлежать.
Техника же исследований, проводимых в начале XX века, конечно же, никак не могла конкурировать с мощными современными лабораториями, оснащенными по последнему слову техники. И те исследования никак не могли дать ответ на самый главный вопрос — от чего умер Моцарт, что могло послужить причиной его смерти?