«Не хулигань», – ворвался вдруг в ее мысли предупреждающий голос Ива, и девушка вздрогнула, потеряв сосредоточенность.
Чаша с тихим звоном опустилась обратно, а Антония, вспыхнув от замешательства, покосилась на жениха… Уже на мужа. Он держал ее ладонь в своей, смотрел на супругу, и в глубине пронзительных голубых глаз плясали смешинки. Тони поджала губы и чуть не фыркнула, но тут служительница Эйар закончила свою речь и с улыбкой произнесла:
– Желаю прожить вам в счастье и благословении богини до конца ваших дней. Можете поцеловать супругу. – Женщина посмотрела на Ива.
Антония вздрогнула. Ей страшно не хотелось, чтобы ее первый поцелуй состоялся на глазах у десятков свидетелей, но обряд есть обряд. На деревянных ногах она повернулась к Иву, избегая смотреть на него, и в нервном волнении сжала кулаки. Супруга… Теперь она замужем, и этого не изменить. «Богиня, помоги мне». Тони прикусила губу, не в силах сдержать дрожь. Между тем Ив в полной тишине поднял вуаль с ее лица, пальцы коснулись подбородка девушки, поднимая голову. Де Ранкур наклонился, и Антония замерла, чувствуя, как в животе словно ледяная глыба образовалась.
– Надеюсь, не укусишь? – тихо спросил Ив без тени улыбки.
Ей даже в голову не пришла подобная мысль – настолько Тони была растеряна. Ответить она не успела: теплые, слегка шершавые губы Ива на несколько мгновений прижались к ее и… всё. Он почти сразу отстранился, одарив ее задумчивым взглядом, и так же тихо обронил:
– Остальное позже.
Когда именно – Антонии хватило ума не уточнять. Ее безвольные пальчики утонули в ладони Ива, которая показалось девушке обжигающе горячей. Едва они повернулись к гостям, часовня наполнилась восторженными поздравлениями; первыми подошли обнять пару Исабель и Лоренсо.
– Из тебя получится отличная королева, – шепнула тетя на ухо Антонии. – Я верю в тебя, девочка моя.
– С-спасибо, – пробормотала Тони, не в силах до конца осознать, что ее жизнь изменилась окончательно и бесповоротно.
Потом были родители, Тересия, еще какие-то люди… Для невесты они все слились в череду лиц, она улыбалась, кивала, благодарила, и, когда все потянулись к выходу из часовни, на торжественный обед, у девушки болели мышцы, но она продолжала улыбаться. Узор слегка покалывало, и она едва удерживалась, чтобы не тереть руку. Антония молча радовалась, что Ив не пытался заговорить с ней, когда они шли к парадной столовой: к нему то и дело подходили гости заверить в своем расположении, поскольку слухи о делегации из Айвены уже разошлись по дворцу. Пытались осторожно спрашивать, как уловила краем уха Антония, но Ив невозмутимо отвечал, что обсуждать дела, касающиеся его семьи, не намерен. Тони не сомневалась, что на официальной части, которая последует за обедом, Исабель объявит о нынешнем статусе Ива, и тогда ему точно не отвертеться от желающих втереться в доверие к будущему королю Айвены. Но ее это волновало мало…