– Дела, как сажа бела. Чего это ты вспомнила про меня?
– Я и не забывала о тебе. А вот ты совсем плохой мальчик, позвонил как-то однажды, предложил встретиться, но потом взял и пропал.
– Да, неловко вышло. Но я же говорил тебе, у меня кое-какие проблемы возникли. А потом я простудился и вообще не выходил из дома. Ты же знаешь, какая весной погода опасная.
– Да ладно тебе, Стас, только вот оправдываться передо мной не нужно, я же не последняя дура. Так я и поверила, что ты целый месяц болел.
– Для тебя это так важно?
– Нет, можешь не говорить настоящую причину. Я просто так тебе позвонила, поболтать. Так что у тебя происходит? Нашёл новую работу?
– И не думал искать.
– Всё ясно с тобой. Ну хоть пить-то перестал?
– Это не похоже на простую беседу. Если ты хочешь достать меня, то продолжай в том же духе.
– О боже, Стас, перестань уже быть козлом. Я интересуюсь твоей жизнью, потому что ты мне небезразличен. Но если ты продолжишь грубить, то я просто-напросто вычеркну тебя из списка контактов.
– Хорошо, только не обижайся. Нам бы встретиться не помешало. На этот раз всё будет без осечек, обещаю.
– Сегодня не могу, у Арсения день рождения, и вечером у нас гости. Давай на днях созвонимся.
– О, поздравляю вас! Шесть лет, значит уже?
– Спасибо! Да, нам шесть. На следующий год в школу пойдём. Сейчас вот уже готовиться начали: читаем, пишем, с математикой знакомимся. Даже самой интересно.
– Представляю. Будешь все предметы заново проходить.
– Ой, и не говори. Хоть вспомню что-то. Я же не особо блистала среди учащихся.
– Ну вот, у тебя будет вторая попытка получить знания. Я бы тоже не прочь школьную литературу перечитать, задачки лёгкие по решать. Но надо мной судьба посмеялась в этом плане.
– Прости, я не хотела эту тему заводить. Само как-то получилось.
– Ничего-ничего, ты же не виновата, что я не поведу Веронику в первый класс.
– Стас, пожалуйста, не грусти.
– Пока, Алиса. Я сам тебе позвоню в ближайшее время.
Стас прервал связь и погрузился в задумчивость о великолепных школьных днях, которые должны были начаться у его дочери, будь она жива. Забирая её из сада, он часто представлял, что настанет время, и он будет приходить за ней в школу, может быть даже, посещать родительские собрания и гордиться успеваемостью сметливой девочки. Он знал наверняка, что Вероника бы преуспевала в учёбе, в отличие от него самого. С большим восторгом он всегда рассказывал знакомым, как она в свои четыре года уже умела читать, почти как взрослая, и даже свободно складывать и вычитать двузначные числа. Девочка не особо любила, когда вместо развлечений папа загружал её какими-нибудь занятиями, но зато всегда всё выполняла на ура, что приносило Стасу бесконечную радость за своё дитя. И он прямо-таки умилялся, представляя линейку на первое сентября, Веронику среди других детей, в клетчатой юбке и белой блузке с любопытными глазками, бегающими по сторонам.