Шлепая босыми и вымоченными в росе ногами по паркету, я сгрузила свою сопящую ношу на ближайший диванчик. Поправила упавшую к полу руку. Ну вот и ладненько. Пока, Корин. Я пошла. Холодная роса и дощатая пристань ждут своего блудного сына. Я развернулась и направилась к выходу.
- А ну, стоять! – раздался сзади тихий и шипящий от злости голос.
Уже положив руку на косяк входной двери, я повернула голову на звук. И рассмеялась. В толстом халате, подвязанном широким поясом с кисточками, из-под которого торчали тоненькие волосатые ножки в тапочках с помпонами, с головой в ночном колпаке и в руках с ружьем, стоял маленький полненький человечек и раздувал заросшие бакенбардами щеки.
- Что, совсем обосячился, Крысеныш? Уже и обуви на ногах нет? – как-то горько сказал он, опуская дулом вниз оружие. Грустные и знакомые карие глаза смотрели на меня с укоризной. Мой смех сразу пропал, и стало как-то неудобно. Я даже втянула голову в плечи. “Отец Корина”, - догадалась я.
- Вот, - я кивнула подбородком, - принес…
- Что на сей раз ты с ним сделал?
- Он меня лечил… Магическое истощение, полагаю.
- Тебя? – иронически хмыкнул мужчина, - от чего же? От пьянства? Или родственнички опять уделали?
Отец Корина подошел ко мне вплотную и, задрав голову, выдохнул мне в лицо:
- Будь проклят тот день, когда я подобрал тебя на портовой свалке…Что ты сделал с моим сыном?! Почему он вечно за тобой бегает, как дрессированная обезьяна?
Он отошел к диванчику, на котором зашевелился его сын:
- Корин, сынок, что с тобой?
Парень открыл глаза и, увидев отца, схватил того за рукав: - Папа! Я первый раз лечил! И у меня получилось!
Потом он нахмурил лоб, словно вспоминая:
- А где Мелин? Мы были вместе на дороге…
- Вон твой Крысеныш, - прошипел отец, - свалил тебя на диван и сбежать хотел…
- Нет, папа, он меня довез домой… на грифонах… Какие они красивые! – парень снова закрыл глаза.
- Проклятая эльфийская магия… - прошипел старик.
- Я пошел, у меня дела. – сказала я и переступила порог в надежде побыстрее удрать из этого непонятного дома.
- Прости меня. – неожиданно услышала я сзади. – Миллеинор, прошу, останься. Не уходи. Я несправедливо тебя обидел. Прости, малыш. Наш дом осиротел и опустел без тебя. А мой родной сын разговаривает теперь со мной сквозь зубы. – Отец Корина подошел и положил свою руку на мою спину. – Я старый ревнивый осел. Иди в свою комнату. Там все твои вещи и книги.
Старик, ссутулившись, пошел в дом. Я подхватила Корина на руки и пошла следом за ним.
Глава третья. Работа начинается.