- Олег, - обратился я к Людкову, который был единственным в чине капитана, - бери ребят и принимайте груз, все перетащить в арсенал и сосчитать. Я сейчас наверх, быстро подпишу документы, и мы с сопровождающим спустимся к вам.
- Есть, господин майор, - отчеканил Людков и было направился к выходу.
Это «господин майор» мне так резанул по ушам, что я, перекрикивая громкие голоса, крикнул:
- Стоп! - Все смолкли, не понимая, что привело меня в такую ярость. - Так, с этого дня в подразделении вводится новая форма обращения, - сурово глядя на здоровых мужиков, сказал я. - Будете меня называть товарищ майор. Этот, - я указал на Олега, - товарищ капитан, эти, - мой взгляд повернулся в сторону Виктора и Хлыста, - товарищи сержанты. Еще раз услышу господин майор, штрафану на пол зарплаты. Всем ясно?
- Так точно, товарищ майор, - дружно рявкнули двадцать глоток.
- Только объясните, почему вас так раздражает слово господин? - спросил капитан.
- Все просто, господин - слово, придуманное в древнем Риме, оно должно было подчеркнуть значимость человека, показать, что он выше, то есть все на уровне слуга - господин. По вашему обращению получается, что вы мои рабы или холопы, как кому больше нравится. А товарищ это что-то родное, наше русское, мы здесь все товарищи, мы боремся за правое дело. Ну что, ясно?
Вопросов и уточнений не последовало, но по задумчивым лицам, с которыми ребята выходили из спортзала, я понял, что раньше они никогда не задумывались о смысле этого слова. Я же, быстро перепрыгивая пролеты, поднялся к себе в кабинет. Зайдя в приемную, я тут же обнаружил на кожаном диване тучного капитана, который привез то, что мы заказали.
- Господин майор, - вскочив и вытянувшись, гаркнул он, - разрешите представиться, капитан интендантской службы Егор Арсеньев. Мы привезли то, что вы вчера заказали.
От слова господин меня перекосило, но я сделав над собой усилие и, стараясь не показывать вида, протянул ему руку.
- Майор Комов, руковожу Особым отделом. Давайте быстро просмотрим бумаги и пойдем принимать груз.
Бумаги, как я и ожидал, оказались в порядке и мы с капитаном быстро прошли в арсенал, куда мои бойцы перетаскивали оружие и снаряжение.
- Все? - спросил я интендантского капитана, когда мои бойцы внесли последний ящик.
- Да, вроде, - согласился он.
Быстро пересчитав по накладной наличие ящиков, я поставил внизу свою размашистую подпись.
- «Нивы» мы вам тоже оставляем, ровно пять штук: три новые, две по пол года, в деле еще не бывали, - сказал он, проверяя правильность заполненных документов.