Георг нисколько не шутил, когда говорил о том, что летом неподалёку будут проходить приёмы высшей аристократии. Приглашения, даже если брать только аристократов не ниже графов и одарённых высокородных, поступали по два-три в неделю. Некоторые я даже соглашался принять. Но вот рассказывать о них нечего. Ко мне пока лишь присматривались, для того, чтобы «играть» меня, я всё-таки был слишком мал… да и репутацию человека, которого не рекомендуется обижать, оказывается, уже успел приобрести. Сопровождала меня на эти вечера чаще всего Астра, на детские праздники – Грета.
Да, и у Греты, и у Франца произошла первая инициация. Теперь Грета могла похвастать резервом в восемь и девять десятых эона, а Франц – в шесть и четыре десятых. Что же касается меня, то последний на сегодняшний день выброс увеличил мой резерв до семи целых, четырёх десятых эона.
Очередная моя сессия в Льеже начиналась первого августа, и только двадцать восьмого июля мастер-ремесленник Браувер согласился изготовить боевую палочку для Греты. Поэтому Грета едет со мной в Льеж.
Вечером этого трудного дня я сидел у себя в кабинете, заканчивая все задания, которые мне надо было сделать в этой кварте. Покончив с этим неожиданно быстро, я потянулся и решил не давать пропасть рабочему настрою. Значит, надо бы посчитать одну идею. Сунувшись по ящикам, я вспомнил, что оставил тетрадь со своими записями по проекту в библиотеке.
Демоны, придётся возвращаться в библиотеку. А может, послать туда слугу? Впрочем, в замке Тодт есть способ получше:
– Даниэль!
Хомяк появился передо мной тут же.
– Принеси, пожалуйста, мои записи об астральных проекциях. Это толстая тетрадь под чёрной обложкой без каких-либо картинок и украшательств. Она в библиотеке, на моём любимом столе. Печеньки тебе обеспечены.
Хомяк исчез, кажется, даже быстрее, чем я закончил говорить. Уже через минуту он вновь появился передо мною, держа в лапках мою тетрадь.
– Спасибо, Даниэль. Держи, ты честно это заслужил, – я протянул ему вазочку с миндальным печеньем, которое в замке любили только Тереза и Даниэль (как фамильяр Терезы он просто обязан любить те же блюда, что и она). Я всегда старался иметь его при себе как раз на подобный случай. Даниэль протянул мне тетрадь и… отрицательно покачал головой.
– Тебе не нравится выкуп?
Даниэль снова показал жестами «нет» и пододвинул тетрадь ко мне.
– Ты не хочешь выкупа от меня?
Даниэль закивал.
– А чего же ты хочешь?
Даниэль посмотрел на меня умоляюще. Вдруг в моей голове начали формироваться какие-то неясные образы. Неужели я смог наладить двустороннее общение с чужим фамильяром? Это ведь означает, прежде всего, полное доверие со стороны хозяина фамильяра! Так, что у нас тут? Девочка плачет, её утешают другие девочки, просьба…