I
Транген бежал без остановки уже четыре часа. Теперь управлять им, лежа в неудобной позе на животе и постоянно напрягая пальцы рук, не требовалось. Инженеры Зака хорошо поработали и переделали пилотное место трангена под человеческий организм, который, как выяснилось впоследствии, был транспортирован в универсум еще в первый день его пребывания в Амбросинске. Теперь он полулежал на спине с вытянутыми ногами и наслаждался, мелькавшими по бортам, видами ночного леса. Маршрут был заложен заранее. Юре оставалось только наблюдать за изображением на консоли, нижняя часть которой отображала картинку перед трангеном, а верхняя давала информацию о местности на двадцать километров впереди. Скоро это наскучило, и Юра вернулся к событиям, которые произошли за последние сутки.
Пока они долетели от универсума до дома Никодима, тот вылакал все остатки вина и до вечера к общению был не доступен, однако передать распоряжение владыки гвардейцам, касающегося нового статуса Юры, он еще смог, что внесло существенные изменения в его времяпрепровождение. Для начала он заказал себе на ужин рыбу, умолотив которую, потребовал у девушек из обслуги повторить его заказ. Когда он, наконец, насытился, гвардейцы по его просьбе, выгнали из кабинета патриарха, где он и разместился для трапезы на время отсутствия хозяина, всех девушек из обслуги, которые назойливо терлись возле него, посылая ему недвухсмысленные взгляды и заполняя своими феромонами все пространство комнаты.
Некоторое время он сидел в одиночестве и думал чем бы заняться до наступления ночи, пока в кабинет не зашла Кристина и не отчитала его за то, что он флиртует с другими девушками из числа помощников Никодима так, словно они уже несколько лет живут вместе. Ему было непонятно такое ее поведение, ведь в отличие от их бункера, в котором приветствовались полигамные отношения, в Озерске-Амбросинске существовал институт моногамной семьи. Женщина или мужчина, могли поменять партнера только в крайнем случае, с разрешения патриарха.
Юра для себя отметил, что, несмотря на то, что Никодим хоть и был паскудой, но лучшее и ценное, что было до вторжения архонтов из человеческих ценностей он попытался все-таки восстановить в Озерске. Да, он был законченным эгоистом и без зазрения совести приводил на верную смерть последние двадцать лет в универсум наивных молодых девочек, но внутри его еще сохранилась искорка человечности. Юра просмотрел его сознание еще в лаге по пути из универсума. Затуманенный алкоголем разум Никодима, читался легко, как открытая книга и ему не составило больших усилий увидеть всю его поднаготную.