Стиснув зубы, Маред вытащила себя из-под пледа, неохотно встала с кровати. Собираться же надо. Что ей там сказали про вещи? На пару дней, а потом все будет куплено? Может, лэрд еще и благодарности за щедрость ожидает?
Но условие выполнить легко – вещей у нее мало до смешного. Форму она наденет в дорогу, а единственное приличное домашнее платье – в чемодан. Туда же белье, чулки, салфетки и шкатулку с мелочами. Вычислитель… Маред замерла посреди комнату с любимым стареньким вычислителем в руках. Без него совсем никуда, но вдруг ей придется бежать от лэрда? Может, даже среди ночи. Очень даже вероятно! Что бы там ни пел соловьем лэрд, как довольны его любовницы, Маред сможет вытерпеть далеко не все. И бросить вычислитель на произвол судьбы невозможно: там все ее работы, камерографии отца, матушки и их дома. Камерографии Эмильена! Потерять все это невозможно, немыслимо, это все, что осталось от прошлой жизни.
Подумав, Маред достала ключ-камень, недавно купленный для кого-то из заказчиков и не пригодившийся. Вставила металлический брусочек с окошком для астерона в разъем вычислителя и тщательно скопировала все: от снимков и музыкальных записей до архива своих работ. Проверила, что вся информация на месте, спрятала ключ-камень в дальний уголок тумбочки, завернув в платок, и лишь тогда с тяжелым сердцем отправила вычислитель в чемодан. Что еще? Полотенце? Зубную щетку? Купленные зачем-то года два назад шпильки для завивки, которыми она так и не воспользовалась? Их-то зачем!
Пальцы бездумно хватали и крутили какие-то мелочи, перебирали, кидали… Шампунь брать? Вот же…
Оставив чемодан в покое, Маред заставила себя сесть спокойно. Неделя испытательного срока… Допустим, она выдержит. Значит, надо оставить тье Румстронг письмо или зайти к хозяйке лично и объяснить, что жилица никуда не пропадает, а всего лишь какое-то время погостит… у подруги, например. За квартиру теперь заплачено, портящихся продуктов в шкафчике не осталось, белье она перестирала вчера и уже сняла… Это все мелочи. Просто от одной мысли снова оказаться в полной власти Корсара что-то внутри стягивается в узел. Впрочем, и Чисхолм не лучше. Чтоб они все друг друга сожрали, как крысы в бочке… Маред вздрогнула – на столе тренькнул фониль.
Протянув руку, она увидела на экранчике время – и имя. Что, уже? Лэрд Монтроз безупречно точен. Прикусив губу, Маред нажала на кнопку. Выслушала несколько слов, одеревеневшими губами ответила. Подхватила легкий чемодан, сунула фониль в сумочку и вышла из квартиры, едва попав ключом в замок. На негнущихся ногах прошла мимо тье Румстронг, топчущейся в холле, спохватилась, вернулась и предупредила, что уезжает.