– Вот как? – удивилась Хелена. – И на сколько?
– На девять месяцев. Мы посмотрим, как пойдут дела, и решим, что с ней делать дальше.
– С-спасибо, – выдавила она.
– Хелена, только не благодари меня, – с горечью ответил он. – Мы оба знаем, что тебе не за что говорить мне «спасибо».
– Когда ты возвращаешься в Рим?
– Сегодня вечером, – с ходу решил Лео. А для чего оставаться? Он не смог бы уснуть здесь, зная, что она находится в том же городе, близко, но в то же время далеко. Ему хотелось, чтобы между ними пролегло расстояние в тысячи километров.
– Понятно. А ты?..
Она замолчала, услышав звонок его мобильного телефона. Лео взял трубку и выслушал свою помощницу, которая звонила по очень неотложному делу. Он попросил ее подождать секунду и посмотрел на Хелену.
– Мне нужно ответить, – бросил он и вышел на балкон.
Десять минут спустя, когда разговор закончился, Лео знал, что не застанет Хелены в гостиной.
Когда он переступил порог комнаты, там витал только аромат ее духов – ее горьковато-сладкое эхо.
Его грудь словно сдавило железными тисками, и это чувство никак нельзя было назвать облегчением, так же как и внезапно возникшую потребность броситься за ней вдогонку.
Лео упал в кресло и закрыл глаза. Когда он снова открыл их, его взгляд упал на маленький незапечатанный конверт, лежавший на кофейном столике. Он открыл его и достал оттуда фотографию их сына.
Ту, которую он так долго изучал прошлым вечером. Перевернув ее, он прочитал несколько аккуратных строчек, от которых начали гореть его глаза.
«Он был особенным, потому что был нашим. Храни его в своем сердце, как храню его я. Я люблю тебя. Прости за все.
Х.».
Леонардо Винченти, ты совсем не слушаешь меня! – воскликнула Мариэтта и с упреком посмотрела на него.
– Прости, дорогая.
Сегодня он привез сестру в ее любимый ресторан, чтобы отметить продажу двух ее картин, но умудрился испортить ей настроение.
– Что случилось?
– Ничего. – Если не считать того, что неделями он не спал и почти ничего не ел. А на работе только и мог, что перекладывать бумаги с одной стороны стола на другую.
– С тобой творится что-то неладное, – пристально посмотрела на него сестра. – Может, поговорим?
– Лучше расскажи мне о студии, которую нашла, – выдавил улыбку Лео.
Мариэтта мрачно глянула на него, но не стала настаивать.
– Место просто великолепное. Много естественного освещения и открытого пространства. А еще там есть парковка и лифт.
Его сестра на протяжении долгого времени искала помещение, которое можно было использовать как художественную мастерскую. Усложняло поиски то, что не во всех зданиях был лифт, чтобы она могла подняться наверх на своей коляске. Но Мариэтта решительно взялась за дело и довела его до конца.