— Ну, тебе достаточно, ты всегда выглядишь великолепно. — Эшли продолжала лежать, опираясь головой на две подушки.
— Жасмин всегда была красавицей. Когда мы росли, я всегда оказывалась незаметной, если в комнате находилась Жасмин. — Хейл вытащила вторую ногу из ванночки. — Красивая, добрая и умная — полный комплект.
— Перестань. Хотя спасибо за умную. Иногда мне кажется, что этого никто не замечает.
Хейл взглянула на Жасмин. Та встретила взгляд подруги и коротко покачала головой, показывая, что не хочет обсуждать эту тему в присутствии посторонних.
— Мне бы твои проблемы. — Эшли не видела молчаливого диалога между Хейл и Жасмин. — Меня, наоборот, считают умной.
— Эшли, на что ты жалуешься? Ты хорошенькая, и я знаю, что ты демонстрируешь свои длинные ноги в выгодном свете, — указала Хейл.
— Полагаю, я весьма посредственная, — согласилась Эшли.
— Милая, сейчас же брось эти мысли, — пожурила Жасмин. — У тебя множество преимуществ. У тебя блестящее будущее.
Эшли села и убрала с глаз огурцы.
— Я знаю, просто иногда становится трудно. Понимаете?
— Да, милая, понимаем. — Голос Хейл прозвучал ласково.
Работники спа были еще наверху — собирали свои вещи, — когда три женщины заняли места за кухонным столом.
— Джез, еда изумительная, идеальная для жаркого дня. — Хейл съела еще ложку салата с апельсинами, курицей-гриль и имбирным соусом.
— Тебе лучше налечь на хлеб, или ты опьянеешь после второго шота. — Жасмин подтолкнула к Хейл корзинку с булочками.
— Не забывай, я не буду много пить.
К счастью, ей не нужно было говорить «я слишком мало вешу», чтобы обосновать свою строгую политику в отношении спиртного. Всего две рюмки или два коктейля, и она могла пересчитать по пальцам одной руки, сколько раз за все годы нарушала это правило.
— Тебе не нужно пить, босс. Ты не должна делать то, что не хочешь, в свой день рождения. — Эшли явно хотелось, чтобы Хейл получала удовольствие.
— Не думаю, что тебе нужно волноваться, ты совсем не такая, как твоя мама. — Жасмин похлопала Хейл по руке.
— Надеюсь, что нет. — Хейл потянулась за следующей булочкой.
— Твоя мама была зависимой, да? — Эшли слышала сплетни про Лидию Кэмерон.
— У нее было много проблем. Думаю, на самом деле она была душевнобольной. Она считала, что алкоголь и таблетки помогают ей справляться с болезнью. Тогда все ее оправдывали, так что она стала очень плоха, прежде чем папа что-то предпринял, — буднично ответила Хейл.
— В детстве я ее боялась, — тихо сказала им Жасмин.
— В хорошие дни ее одолевало неуемное желание поиграть со мной, в плохие она оставалась у себя в комнате или сердилась на меня, и тогда начинались наказания. — Хейл вздрогнула от воспоминаний.