Я смотрел на стопку налитыми кровью глазами, бледный, и ждал, когда он скажет, что пошутил, но отец молчал. Потом он придвинул стопку ближе ко мне:
— Выпей, приятель. Обещаю, тебе сразу полегчает!
— Правда?
Он кивнул.
Я осторожно поднес стопку к губам. Голова у меня раскалывалась. Я втянул носом аромат теплой карамели и ванильного теста.
— Давай быстрее. Настоящие мужчины умеют пить бурбон одним глотком, не пролив ни капли!
Сделав глубокий вдох, я опрокинул в себя содержимое и заставил все проглотить, поморщившись, когда жидкость ожгла мне пищевод и желудок. Мне показалось странным, что я чувствую ее внутри. Никогда раньше я не задумывался о том, какой путь проделывают пища и напитки внутри меня. Спиртное — в самом деле странная штука!
— Поставь стопку на место! — весело приказал отец.
Я послушался, и стопка ударилась о дерево так сильно, что я не сомневался: сейчас она разобьется у меня в руке.
Отец захлопал в ладоши от радости:
— Вот молодец сынок!
Я вытер губы рукавом; мое дыхание пахло бурбоном. Оно напоминало пригорелый тост с патокой.
Отец и себе налил чуть-чуть. Выпил и тоже с маху поставил стопку на стол. Крякнул, передернулся, глубоко вздохнул и посмотрел на меня. Неожиданно он посерьезнел.
— Я хочу, чтобы ты запомнил сегодняшний день как свою первую выпивку. Думаешь, у тебя получится, приятель? Когда станешь старше и будешь вспоминать свою жизнь, я хочу, чтобы ты вспомнил, как впервые попробовал запретный плод, выпил бурбона со своим стариком. Вот что значит настоящая дружба отца и сына. Забудь о том, что было вчера; забудь, как ты выпивал с нашей славной соседкой-шлюшкой. Забудь, из-за чего тебе пришлось выпивать. Когда ты станешь старым, я не хочу, чтобы ты вспоминал, как напился с миссис Картер. Не хочу, чтобы ты вообще о ней думал. Помни только то, что происходит сейчас. Ну, как по-твоему, приятель? Сможешь — или ни за что?
Я немного подумал и кивнул:
— Смогу, отец. — Я широко улыбнулся. — Точно смогу.
— Честное-пречестное?
Я поднес свою руку к его руке, мы сплели мизинцы, и я дал слово.
— Вот и хорошо, потому что первый раз должен быть именно таким. Первый раз надо выпивать с собственным отцом, а не с бешеной сучкой-соседкой.
Я никогда раньше не слышал, чтобы он ругался; и мама тоже. Мои родители не произносили грязных слов. Конечно, сами слова я уже слышал; я слышал их много раз в школе и от других взрослых, но никогда от отца, никогда произнесенные его голосом.
— О, прости, приятель. Нехорошо при тебе употреблять такие слова. И ты, пожалуйста, никогда никого так не обзывай, особенно женщину. Я подаю тебе плохой пример. А ведь сам же всегда повторяю, что женщин надо холить и лелеять и обращаться с ними с крайним уважением. Если, конечно, они не совершают чего-то неподобающего с твоей женой. Если не делают такого, что может происходить только между женатыми людьми. А она ведь это делала, да?