В окне сидела рыжая кошка, наблюдая за мной одним глазом.
Я постучала в дверь и постаралась принять респектабельный вид.
Я мало что знала о семейной жизни Мюллетов за исключением крох информации, неизбежно выбалтываемых миссис Мюллет. Например, я знала, что Альф любит пирог с заварным кремом; что их дочь Агнес уехала из дома в последний год войны учиться стенографии (по методу Питмана) и что ее спальня с тех пор содержится в том же виде, словно святилище, но помимо этого мне мало что было известно.
Дверь открылась, и появился Альф. Это был мужчина средних лет, среднего роста, средней густоты волос и среднего сложения. Единственной необычной его чертой была манера стоять — прямо, будто шомпол проглотил. Насколько я припоминала, Альф служил в армии и, как отец с Доггером, знал множество вещей, о которых не говорил.
— Что ж, мисс, — сказал он. — Чему мы обязаны столь поразительным великим удовольствием?
Точно такими же словами он приветствовал меня в прошлый раз, когда я была здесь шесть месяцев назад.
— Я провожу кое-какие исследования, — сказала я. — И буду очень благодарна за ваш совет.
— Исследования, да? Входи-ка и расскажи, в чем дело.
Не успели бы вы просвистеть и пару тактов «Правь, Британия», как мы уже сидели в крошечной кухне, аккуратной, как кукольный домик.
— Прости, что не принимаю тебя в бальной зале, — сказал Альф, — но миссис не любит, когда нарушают расположение ее подушек.
— Все в порядке, мистер Мюллет, — ответила я, — я тоже не люблю.
— Разумная девочка, — одобрил он. — Бездна здравого смысла.
Я сделала решительный шаг.
— Сегодня я болтала с миссис Мюллет о Ридли-Смитах, — заявила я небрежно.
Что было правдой, хоть и притянутой за уши.
— А, — неопределенно протянул Альф, не глядя на меня. — О чем-нибудь еще?
— Нет, только о Ридли-Смитах. Члене городского магистрата Ридли-Смите, в частности.
— А, — повторил Альф.
— У него была очень красивая жена, — продолжила я. — Кажется, я где-то видела ее фотографию.
— Странная штука, не так ли, — сказал Альф, — в каждой деревне есть свои секреты. То, о чем не говорят. Никогда не обращала внимание? Я да.
— И это один из таких секретов, верно? — спросила я.
Альф занялся чайником точно так же, как миссис Мюллет на кухне в Букшоу. Полагаю, когда люди женаты сто лет, они начинают совпадать друг с другом, как части одного целого.
— Чудесный день, — сказал Альф, усаживаясь за кухонный стол. — Немного ветрено. Но неплохо для марта.
— Я была в Богмор-холле, — продолжила я. — Видела Джослина Ридли-Смита. Говорила с ним.
Он едва заметно заколебался. Если бы я не следила за его реакцией, я бы не уловила это.