Мастер Вэйтэк с изумлением разглядывал Трилистник на ладони сына, крутя ее то влево, то вправо. Затем шумно выдохнул.
— Поздравляю. Хорошего в этом мало, — вынес он свой вердикт.
— Это еще почему? — удивился Конэ-Эль.
— А потому…
Мастер Вэйтэк подошел к открытому окну, глянул на улицу. В задумчивости постоял несколько минут, затем закрыл окно и обернулся к сыну.
— Садись, я все тебе расскажу.
Конэ-Эль присел на край кровати и приготовился слушать.
— Трилистник проявляется только в том случае, когда необходимо найти священный меч Конхен.
— Вот это да! — воскликнул эльф.
— Погоди радоваться, — одернул его отец. — В этом нет ничего хорошего, я ведь уже сказал. Конхен пробуждается во времена смуты, в тяжелые времена. И те двое, кому суждено его найти, обречены на тяжелую участь.
— Двое?
— Да, двое. Так, что теперь тебе нужно будет искать второго Избранного.
— Зачем?
— Так сказано в легенде, что двое Избранных, дети двух Миров, встретятся. У каждого на ладони один и тот же символ — Трилистник. Контуры на ладонях необходимо совместить. Тогда появится Дарующий, который укажет место, в котором спрятан Конхен.
Конэ-Эль слушал отца с широко раскрытыми глазами.
— Отец, а зачем все это? И что значит «дети двух Миров»?
— Если бы я знал ответы на эти вопросы… Все, что мне известно, я тебе сказал.
Конэ-Эль задумался и почесал в затылке.
— Вот задача… Что ж мне делать-то? А?
— Пока не знаю. Я сам огорошен этой новостью. Мне необходимо подумать, посоветоваться.
— Отец, у меня к тебе есть еще одно дело. — нерешительно начал Конэ-Эль.
— Что еще? — напряженно спросил мастер Вэйтэк.
— Понимаешь, волчица… У нее…
В это время в дверь громко постучали:
— Мастер Вэйтэк! Мастер Вэйтэк! Вы дома?!!
— В чем дело? — недовольно буркнул отец Конэ-Эля и пошел открывать дверь.
На пороге стоял запыхавшийся подмастерье. Держась рукой за косяк двери, он учащенно дышал.
— Простите, мастер Вэйтэк, но вам необходимо срочно прийти в мастерские. С последним выплавленным Зеркалом что-то не то.
— Что значит «не то»? — нахмурился мастер Вэйтэк.
— Вам самому это нужно увидеть. Идемте, — умоляющим голосом произнес подмастерье.
— Прости, сынок, договорим позже, — сказал мастер Зеркал сыну.
— Хорошо, отец, ~ согласился Конэ-Эль.
Голова у него шла кругом. То, что он услышал от отца, не на шутку насторожило и даже где-то напугало. Много непонятного. Во-первых: второй Мир. Что это значит? Во-вторых: какие такие тяжелые времена? И почему он обречен? Размышляя, эльф направился в свою комнату. Волчица тут же приподняла морду, когда он вошел. Конэ-Эль сел рядом с ней на пол и погладил по голове.