По традиции их секретная служба несла охрану и нашего Генерального секретаря.
После Кемп-Дэвида мы снова вернулись в Вашингтон, здесь у Брежнева состоялись встречи с бизнесменами, другой почтенной публикой. Очень много разговоров велось вокруг так называемого еврейского вопроса. Тема в ту пору была очень болезненной, и, видимо, помощники нашего Генерального заранее хорошо потрудились, потому что он рассказывал о положении евреев в СССР очень четко и ни одна реплика не застала его врасплох.
В. конце визита Никсон пригласил Брежнева к себе на ранчо в Сан-Клементе – местечко неподалеку от Лос-Анджелеса, на берегу Тихого океана. 23 июня 1973 года на машине «шевролетт» с американским водителем я возвратился в Кемп-Дэвид, чтобы забрать вещи Леонида Ильича, оставшиеся там после его переговоров с американским президентом. Еще раз любуясь сельскими просторами, провинциальной благоустроенностью, я думал о том, что вот земля и природа у них те же, что и у нас, и когда же мы наконец заживем так же безбедно, как люди Нового Света. Забрав вещи, мы примчались обратно в Вашингтон, и тут же с военного аэродрома я вылетел в Калифорнию. Следом, минут через сорок – сорок пять, на президентском самолете должны были вместе вылететь Никсон и Брежнев.
В аэропорту Калифорнии вместе с американскими ребятами мы перегрузили вещи в вертолет и вылетели на ранчо. Вертолет был большой, мощный, при взлете задняя стена его поднялась, открылся земной и небесный обзор, как будто мы летели на ковре-самолете. Приземлились на лужок возле ранчо Никсона.
Вскоре прибыли американский президент и наш Генеральный секретарь. Вышли из вертолета смеющиеся, довольные. Между ними сложились, видимо, дружелюбные личные отношения. Через короткое время в одной из комнат президентской дачи состоялась их беседа, которая затянулась до полуночи. За это время я ознакомился с территорией. Личные апартаменты Никсона впечатления не произвели, вполне скромные – одноэтажный дом с внутренним двориком.
В этот вечер произошло редкостное событие. Охрана Президента США дала прием в честь… сотрудников КГБ. Встреча проходила в ресторане в непринужденной, веселой обстановке. Наверное, за всю историю наших отношений ни до, ни после не случалось подобных дружеских застолий двух величайших секретных служб.
Сам я на встрече не был, знаю о ней по рассказам. Меня, видимо, как самого молодого, оставили в этот вечер на дежурстве. Ближе к ночи Леонид Ильич вернулся после беседы и ужина с Никсоном и, закончив вечерний туалет, лег спать. Я остался дежурить у дверей его спальни. Покои американского президента находились почти напротив, там тоже дежурили, прохаживаясь по коридору, два американских охранника. Ночью, часа в два-три, дверь спальни Никсона распахнулась и на пороге появилась жена Президента США – Патриция. Американская охрана где-то прогуливалась. Патриция – в длинной ночной рубашке, босиком – двинулась в сторону спальни Леонида Ильича. Руки ее были вытянуты вперед, словно она шла в темноте и боялась на что-то натолкнуться. Я шагнул навстречу и увидел, что взгляд ее устремлен куда-то неопределенно вверх. Очевидно, что она находилась в полной прострации. На мои попытки заговорить она не отвечала и двигалась вперед, прямо на меня, не собираясь обходить. Что-то надо было срочно делать. Что? Я остановил ее, какое-то время мы стояли друг против друга. Развернуть ее обратно я не смог.