Я просто стою там и гляжу на него, не двигаясь. Он выгибает бровь, после чего опускает руки мне на плечи и разворачивает меня.
— Пойдем обедать, — говорит он.
— Пойдем, — соглашаюсь. Я замираю в верхней части лестницы и машу в сторону окна. — Здесь, должно быть, невероятный вид ночью, — говорю, а затем съеживаюсь. Святой бычок, это прозвучало так, будто я приглашаю себя остаться на ночь? — То есть, я могу себе его представить, — добавлю и качаю головой, ускоряя шаг. — Эй, а знаешь, почему Адель перешла дорогу?
— Не-а.
— Чтобы поздороваться с другой стороны.
Мы достигаем низа лестницы, и я поворачиваюсь, чтобы взглянуть на него. Бойд смотрит на меня в ответ с неоднозначным выражением лица.
— Да ладно, эта шутка хорошая.
— Она нечто, — соглашается он. — Что хочешь на обед?
— Не знаю. — Я пожимаю плечами. — Сэндвич?
— Значит, я выиграл джекпот.
***
Мы покидаем его квартиру и направляемся по Южной улице к Пятой, затем срезаем по Брейнбридж до Четвертой. Он предлагал поехать машиной, но я выбрала пешую прогулку. Слишком скоро погода изменится, и прогулки станут кошмаром. Сейчас же на улице еще приятно, и грех этим не пользоваться.
— Спасибо, что помог мне привезти домой книжный шкаф, — благодарю, пока мы идем. Не уверена, почему мы все еще вместе. Почему он захотел пообедать, предложил использовать прачечную у себя дома.
— Без проблем. Мне же нужно отрабатывать те услуги, что задолжал тебе, а?
Услуги?
— Сколько конкретно услуг ты мне должен?
— Две.
— Две?
— Ага. Было три, но я оказал тебе одну, когда помог со стеллажом. Так что две.
— А когда это мы решили, что ты должен мне три услуги? — Этот парень ведет счет как настоящий госслужащий.
— А разве нет? — Он выглядит абсолютно растерянным, думая, что ошибся в подсчетах. — Мы на месте.
— Знаменитые деликатесы на Четвертой улице, — читаю с вывески, пока Бойд держит открытой дверь. — Никогда здесь не была.
— Как так? Хлоя. — Он качает головой и цокает языком. — Что же ты за филадельфиец?
— Ну, я из Коннектикута, так что…
— Слабая отмазка, Хлоя. Слабая.
Мы занимаем столик, и Бойд заказывает две крем-соды. У этого места старомодная ретро атмосфера, отчего кажется, будто ему уже вечность, словно оно было здесь всегда, а взгляд в меню подтверждает это. На обложке гордо красуется штамп "Открыты с 1923". Я листаю меню, и когда официантка подходит к нам снова, мы заказываем одно и тоже — сэндвич с индейкой.
Затем я какое-то время смотрю на Бойда, пытаясь определить, чего он хочет.
И хочу ли я дать ему это.
А после начинаю немного паниковать. Что, если он хочет начать неловкий разговор? Еще более неловкий, чем я сама? Или спросить у меня о моей секс-истории? Или о том, жульничала ли я во время теста в третьем классе миссис Каллам?