— Сегодня допросим, Лонца. Надеюсь, удастся выяснить что-нибудь новое.
— Я вчера не позвонила мистеру Коллинзу…
Габриэль тут же помрачнел, как бывало всегда, когда речь заходила о Роланде.
— Не волнуйся, я ему позвонил и все рассказал. Он обещал прислать охрану в больницу.
— Спасибо… Габриэль, он в некотором роде мой начальник, и я должна с ним общаться…
Не знаю, зачем начала оправдываться, но мне так хотелось, чтобы Габриэль перестал быть таким мрачным.
— Он мне не нравится, — тихо произнес Габриэль. — И не только по причине того, как он на тебя смотрит… Просто есть в нем нечто непонятное, отталкивающее.
Я встала, подошла к окну и принялась разглядывать ночной город.
— Роланд спас меня, — сказала тихо. — Пришел на помощь, когда я больше всего в этом нуждалась. Я бесконечно благодарна ему.
Габриэль приблизился почти бесшумно. Я почувствовала его тепло и дыхание на своих волосах. Его близость окутывала меня, словно мягкий плед.
— Он… ухаживал за тобой?
— Перестань… Я никому не нужна.
Габриэль резко развернул меня к себе. Ну зачем, зачем я это сказала? Зачем открыла перед ним свои слабости?
— Джой… Ты нужна мне. Я когда проснулся… Испугался, что ты ушла.
Габриэль притянул меня к себе, и я с готовностью прижалась к нему, будто он был моим единственным спасением от одиночества. Если я, правда, нужна ему…
— Что тебе снилось? — шепотом спросил он.
— Ничего, совсем ничего. Никаких видений, только покой. Ты не представляешь, как это приятно… А тебе что?
— Ты. Как наваждение… каждую ночь. Но я не хочу от этого избавляться…
Габриэль отвез меня к полицейскому участку, где я забрала свою машину и поехала домой. Мы договорились встретиться в больнице, где мистер Лонц проходил лечение от нервного потрясения. Туда я прибыла первой и сразу же заметила в коридоре мужчин в синей форме Особого отдела. Значит, магическая защита уже выставлена. Интересно, удержит ли это Байрона, если он попытается завершить задуманное и убить-таки Лонца? Что-то мне подсказывает, что не удержит… Впрочем, поле сегодняшнего видения этот безумный маг перестал мне казаться бесчувственным чудовищем. Кажется, он сам — жертва. А эти убийства — что-то вроде кратковременных вспышек безумия, которые потом проходят.
— Здравствуй, Джой!
Обернувшись, увидела Роланда. Черт, опять эта неловкость!
— Здравствуйте…
— Ты теперь всегда будешь общаться со мной через своего инспектора? — с неприятным сарказмом спросил он.
— Извините… Мне вчера было очень плохо…
Как же мерзко! Чувствую себя нашкодившей школьницей, которую отчитывает строгий учитель.