– Пусть хотя бы баланды побольше принесут. И каши котелок. А то я с утра не жрамши. Как завтра драться на голодный желудок?
– Как раз на голодный и надо драться, злее будешь, – сказал старшина. – Ладно. Хряп, потом кухарке передашь – пусть этому борзому отдельно каши положит.
– С хоммучьим жиром, – уточнил Тим. А что? Борзеть так борзеть…
Половину пути до каземата, где размещались клетки для арестантов, гладиаторов и прочего неблагонадежного люда, прошли молча. Тиму вообще не хотелось разговаривать ни с кем, кроме Алены. Ну, может, с Марфой бы тоже пообщался – она вроде женщина добрая. По крайней мере, лично ему ничего плохого не делала, даже заботилась.
Но без разговора все же не обошлось. Завел его Хряп, небрежно, как бы вскользь, спросивший:
– Я смотрю, Тим, у тебя опять неприятности?
– Да так как-то, – сказал Тим. – Не то чтобы очень. А почему ты так решил?
– Все говорят, что ты наш отряд в ловушку заманил. Думали, ты сбежал к капитолийцам. И на фига ты обратно вернулся?
– Потому что я не предатель. А почему обо мне так говорят?
– Фрол болтал.
Тим от неожиданности притормозил.
– Фрол?
– Ага.
– Вот сука! – вырвалось у Тима. – Он что, выжил?
– Выжил… Ты иди, нельзя останавливаться… А чего ты так на него?
– Как чего? Сам в бою не участвовал, а на меня поклеп наводит.
– Не участвовал? Сбежал, что ли?
– Может, и сбежал, – сказал Тим. Он был невероятно зол на Фрола – вот кто его подставил, оказывается! Теперь понятно, почему Гермес его подозревает. – Я не видел, чтобы он там дрался. Вот же тварь!
– От Фрола всего можно ожидать. – Капитолиец вздохнул. – А ты, получается, теперь крайний?
– Получается.
– И что теперь с тобой будет? Под суд отдадут?
– Не знаю, – сказал Тим. – Может, и отдадут. А, может, на дыбу вздернут.
Хряп возмущенно цокнул языком:
– Так несправедливо! Гермес обязан разобраться и провести расследование.
– Может, и проведет.
– Обещал?
– Сказал, что всех допрашивать будет. Если понадобится – всем шкуру спустит.
– И тебе спустит? Что, как и сказал?
– Сказал, что со мной пока подождет. Вот завтра грохну мута, там видно будет.
– О, так ты опять дерешься? – Урядник явно обрадовался. – А с кем?
– Точно не знаю, шамы кого-то выставляют.
– Я на тебя ставку сделаю. Не подведешь?
– Не подведу, – сказал Тим.
И в этом не было ни тени бахвальства.
* * *
Хряп направлялся на кухню, когда увидел в коридоре своего приятеля Фрола. Тот сидел у стены на лавке в серой больничной рубахе и курил цигарку. Заметив сослуживца, негромко окликнул:
– Хряп, иди сюда.
– Чего тебе? – с заметным недовольством отозвался урядник.