– Это давняя история… и очень болезненная, – проговорил Николас. – Но мы все очень надеемся, что в один прекрасный день все уладится. А пока лучше не говорить об этом, хорошо?
Али кивнула и тут же спросила:
– И поэтому Хандрей остается в моей стране?
Николас немного помолчал, потом ответил:
– Мне кажется, есть несколько причин, по которым он проводит большую часть своей жизни в той части света. Но, как я уже сказал, давай оставим это. Все очень сложно.
– Да, конечно, – кивнула Али. – Хандрей тоже очень сложный. – Она вдруг вскочила, и лицо ее оживилось – как будто ей в голову пришла какая-то замечательная идея. – Но ведь это означает, что Хандрей, когда он наконец-то вернется домой… Это означает, что я буду здесь, а не в каком-нибудь другом месте! О, как чудесно! Я знала, что Аллах не заберет его у меня! А теперь еще Он дал мне прекрасную семью!
Али с радостной улыбкой окинула взглядом комнату с огромными окнами, удобной мебелью и столом, за которым сидел Николас, когда что-нибудь писал. Какое счастье, что теперь все это станет ее домом. Наверное, ее сердце не выдержало бы, если бы ее в очередной раз заставили переехать куда-нибудь. Она повернулась к Николасу и Джорджии.
– О, вы даже не представляете, что это значит для меня. Ведь я… – У нее вдруг перехватило горло. – Я так переживала, когда думала о том, что придется оставить вас. Но теперь я обещаю, что сделаю все, что в моих силах, чтобы угодить вам – только бы вы не пожалели о том, что оставили меня.
– Пожалуйста, не старайся угодить нам, – сказала Джорджия. – Нам нужно только одно – чтобы ты была счастлива. По правде говоря, я уже даже начала немного беспокоиться – думала, а вдруг мы найдем какого-нибудь твоего родственника и будем вынуждены отпустить тебя. Но теперь-то мы точно знаем, что можем оставить тебя здесь. И мы очень рады, что ты сама хочешь остаться с нами.
– Ах, конечно, хочу! – Али боролась с подступившими слезами. – Мне кажется, теперь я могу снять с себя кринолин. Ведь больше нет нужды становиться хорошей английской девочкой ради родственников…
– Нет, ни в коем случае. – Граф расплылся в улыбке. – Все равно тебе нужно тренироваться танцевать вальс.
Али всплеснула руками и воскликнула:
– Ах, бедный Николас! Я приношу вам одни мучения! – Она снова обняла его за шею и радостно засмеялась. – Вы будете учить меня вальсу до скончания дней.
Граф на мгновение задумался, потом с лукавой улыбкой проговорил:
– Но, Али, если ты будешь очень упорно тренироваться, то сможешь станцевать вальс с Андре, когда он вернется. Представляешь, как он удивится? Андре ведь наверняка думает, что из тебя никогда не получится настоящая леди.