– Мне интересно, – попыхивая трубкой, проговорил Эдварн, – напоминает ли та далекая ночь, когда был разыгран Гамбит Выжившего, сегодняшнюю? Падение режима. Начало нового мира.
– Надеюсь, ты ведь не считаешь эти события равнозначными? Правление Вседержителя было эпохой ужаса и угнетения. Люди недовольны, верно, однако мы теперь живем в совершенно ином мире.
– Ином? – выпуская дым из рта, переспросил Эдварн. – Возможно. Но человеческие эмоции не изменились. Похоже, не имеет значения, насколько удобен ящик. Засунуть в него человека – и тот начнет брыкаться. Сражаться. Ругаться!
– Только не говори, будто примкнул к простонародью, – сухо проговорил Вакс.
– Едва ли. Мне нужна власть. Богатство. Влияние. Вообще-то, совсем как членам шайки Выжившего.
– Они были героями.
– И ворами.
– Они были тем, кем им пришлось стать.
– А как же сам Кельсер? – поинтересовался Эдварн. – В годы, предшествовавшие его великому гамбиту? Как быть с Вознесшейся Воительницей, которая жила на улицах и ради пропитания морочила голову аристократам и жрецам? Ты читал Слова Основания, племянник? «История мира» честно рассказывает об их амбициях. Выживший не просто хотел свергнуть Вседержителя – он жаждал украсть богатства империи. Он желал править миром, который настанет после падения Вседержителя. Он желал власти. Влияния. Богатства.
– Я не пойду этой тропой, дядя.
– Ты когда-нибудь задумывался, – не обращая внимания на возражение Вакса, мечтательно проговорил Эдварн, – смогли бы вы с ними найти общий язык? Если бы ты жил в те времена, кого бы увидел? Банду негодяев? Нарушителей закона? Да ты бы скрутил руки Вознесшейся Воительнице и швырнул ее в тюремную камеру! Закон не священен, сынок. Он просто отражает идеалы тех, кому повезло и они оказались у руля.
– Я не знаю ни одного констебля, – проговорил Вакс, – который считал бы закон безупречным, а суды – непогрешимыми. Но они лучшее из всего, что у нас есть на данный момент, и я ни на миг не поверю, что ты на самом деле тайный борец за справедливость. Ты исключительно прогнил, дядя.
– Так приятно. Вот, значит, что я получил, ответив на твое приглашение? Оскорбления и сарказм. И кто-то еще удивляется, почему наш Дом теперь сделался посмешищем. Мне говорили, будто тебя приглашают на вечеринки, просто чтобы поглядеть, как ты расхаживаешь с напыщенным видом.
– Я обратился к тебе, – процедил сквозь зубы Вакс, – предполагая, что у нас, возможно, есть общий враг. Знаю, ты хочешь править этим городом. Ну так вот, мне нужно, чтобы ты прислушался к здравому смыслу. Я говорил с этим существом. Если мы ее не остановим, то править, возможно, будет нечем.