— Не так-то это и важно, — говорит она, шатнувшись в сторону Коллисандера.
Йоахим подхватывает ее под руки, прежде чем она плюхнулась на стул.
— Это важно. Тебе, кстати, еще предстоит найти время для завтрашней экскурсии по мастерской Коллисандера, — произносит он с деланной улыбкой.
Он наклоняется к ней ближе и шипит на ухо:
— Пойдем же, Эллен. Я серьезно.
Эллен в последний раз смотрит на Коллисандера, глубоко вздыхая при этом.
— Я приду посмотреть на твое легендарное творение завтра? — спрашивает она с нескрываемым вожделением в голосе.
Коллисандер отвечает ей, глядя на Йоахима.
— Никто еще не видел «Загадочной женщины», — говорит он, берет ее руку, нежно целует, не вставая при этом.
— «Загадочная женщина», — повторяет Эллен. — Ты умеешь все окутать таинственностью.
Три другие женщины встают и прощаются с ними, пылко прижимаясь щеками к Эллен. Потом они крайне сдержанно кивают Йоахиму, который явно не произвел на них хорошего впечатления.
Когда дверь за ними захлопывается, Эллен начинает протестовать против столь раннего ухода.
— Почему это было необходимо? — спрашивает она, стоя перед домом.
— Ты же знаешь, зачем мы здесь. — Йоахим серьезен.
— Как? Ты все еще не выбросил из головы этой ерунды? Ты не веришь, что Елена может справиться без… — Эллен не завершает предложение.
Теперь Йоахим снова узнает ее. Ревность.
— Елена на свободе, Йоахим. Она богата. Богатые помогают друг другу, и поэтому им все сходит с рук, — шепчет Эллен.
Йоахим видит, насколько она пьяна.
— Иди домой, — приказывает ей Йоахим. — А я только загляну к нему в мастерскую. Я мигом.
— Не понимаю… Что ты там рассчитываешь найти?
— Разумеется, ничего, — отвечает Йоахим, замечая отчаянье в своем голосе. — Но так всегда делают, — поясняет он. — Если кого-нибудь подозревают, полиция всегда так делает: обыскивает подозреваемых…
Эллен обрывает его:
— Полиция? А ты что, полиция?
Йоахим смотрит на нее, набрасывает шаль ей на плечи.
— Ты найдешь дорогу назад, в гостиницу?
— Да пошел ты!
— Что?
— Ты не единственный, кто должен увидеть его загадочное произведение искусства.
Йоахим на мгновение задумывается. Потом осторожно кладет свою ладонь ей на руку. Он предпочел бы сделать это один. Она пьяная, и от нее много шуму, хотя шум, доносящийся из комнаты, явно перекрывает их. Молодой человек запел снова, женщины продолжают разговаривать друг с другом. Йоахим делает первый шаг к лестнице, проходящей по внешней стороне фасада к мастерской.
— Сними свои туфли на шпильках, — шепчет он.
Она подчиняется. Йоахим в нерешительности раздумывает, следует ли открыть дверь. За последние дни он уже совершал и не такое, и тем не менее это несколько иное.