— Он их обоих отмазал от смертного приговора — произнес тихо и мягко своей любовнице Лесковой Алексей — А все, хотели дать им вышку.
— Да, трибунал был бы неизбежен — произнесла любовница Багира — А ты как поступил, если бы попал вот также, как твой старший брат? — спросила тихо и мягким голосом Лескова — Ты бы тоже, наверное, оттуда убежал бы? Только пятки бы засверкали.
— Нет, Светик — произнес ей недовольный таким сравнением Алексей — У меня бы даже мысли не было вот так удрать, когда твоих товарищей роботы мочат.
— Ну да, ты у меня совсем еще мальчишка — произнесла Светлана — Совсем еще глупенький, и не знаешь еще самого страха.
— Ты в меня не веришь, Светик? — возмутился Алексей, глядя в темноте в глаза любовницы Лесковой — Ты думаешь, я брошу своих?
— Да нет, что ты, Лешка — произнесла Лескова, прижимаясь растрепанной русыми волосами. К его мальчишеской голой с торчащими твердыми возбужденными сосками груди — Верю, я верю. Ты мой герой.
Она правой рукой провела по Алексея голому животу и опустила руку с тонкими девичьими пальчиками на его возбужденный торчащий между ног детородный мальчишеский член. Багира застонала видимо, сама возбуждаясь, щупая его мужское между ног причастие любви и все, что было ниже.
Заползала на Алексее своим девичьим голым молодым и гибким в узкой талии телом. Шеркаясь о грудь его своей, тоже возбужденной с торчащими сосками девичьей маленькой грудью.
— Я совсем так не думаю, миленький мой — произнесла она, ему дыша в лицо нежно и жарко — Совсем не думаю.
Потом поднялась над ним, усаживаясь на его мальчишеский торчащий раздувшийся от возбуждения детородный член и раздвигая свои девичьи ноги и поправляя его туда, куда нужно.
— Ладно — произнесла тяжело, и страстно дыша Лескова — Ладно, Мы отвлеклись от нашей главной темы разговора. Да ну, его, вообще нафиг, весь этот разговор. Продолжим. У нас еще ночь впереди перед предстоящей операцией.
— Ты права — произнес, стараясь отвлечься тоже от возникшей ненужной сейчас как бы невзначай, неуместной в их постельных сценах темы.
— Продолжим — произнес Алексей, когда Лескова взгромоздилась снова на его торчащем мальчишеском детородном члене, насаживаясь на него по самый свой волосатый лобок. Широко расставив на постели свои полненькие бедрами ноги. Дико застонав и выгнувшись назад, вперед выставив свой округлый девичий голый с круглым пупком животик. И когда она упала на его грудь своей, снова грудью и лицом припав к лицу Егорова Алексея и своего любовника, он прирос губами к губам Светланы Лесковой.