Насколько же огромен был этот палец, если он держал его всей ладонью!
Стойте… погодите-ка…
[Перенастройка интерфейса. Исправление первоначальной ошибки. Возраст носителя — 35 секунд.]
Что?!
Внезапно черно-белое изображение наполнилось цветом и вернулось в норму, поменяв верх и низ. Наконец, он увидел лицо. Женское. Скорее даже, почти девичье. Ей было лет двадцать. Не больше. Густые черные волосы, затянутые в толстую косу, лежали на узком, атласном плече. Ясные, зеленые глаза светились счастьем.
Её круглое, уставшее, покрытое испариной лицо было, пожалуй, самым красивым, что он когда-либо видел. Он не видел окружающей обстановки. Ни огромной каменной палаты, украшенной бархатом и золотом. Ни расписанных стен. Ни стоящих вокруг девушек в легких, кожаных доспехах. Он смотрел только в её глубокие, теплые глаза.
Она нежно, аккуратно гладила его по щеке и приговаривала:
— Dlahi Hadjar. Dlahi Hadjar.
***
— Посмотри няня, — улыбалась Элизабет.
Она гладила по щеке плачущего младенца. На взмокших простынях, она теперь лежала не одна, качая ну руках новорожденного сына. Рядом суетилась няня. Она отдавала приказы закованным в латы женщинам и те убегали в глубины дворцовых коридоров.
— Милый Хаджар, — баюкала королева принца. — Милый Хаджар.
На уставшем лице блестела добрая улыбка.
— Королева, — подошла ближе тучноватая, но милая няня. — Смотрите как крепко держит.
Элизабет только сейчас заметила, что Хаджар сильно сжимает её палец. В его ясных, голубых глазах, она вдруг увидела отсвет чего-то, чего не должно было быть у младенца. Это было похоже на смятение.
— Сын?! — вдруг раздался практически звериный рев.
В коридоре послышался топот десятка ног. Распахнулись исполинские двери и в зал влетел высокий, плечистый мужчина. Одетый в золотые, просторные одежды, подпоясанные перевязью с саблей, он возвышался над своими воинами на добрых две головы.
Русые волосы лежали на плечах, а лоб пересекал кожаный ремешок с металлическими вставками.
— Король, — тут же склонилась няня.
Так же поступили и закованные в латы девушки, вернувшиеся в палату.
— Дорогой, — улыбка Элизабет стала даже ярче, чем до этого.
— У меня родился сын, брат! — король обхватил за плечи стоявшего рядом с ним мужчину.
Он был похож на короля, только еще выше и несколько старше. Черную бороду уже давно побила седина, а тяжелый меховой плащ скреплял золотой медальон.
— Поздравляю, брат, — густым басом ответил мужчина.
Король слегка потряс его и, отпустив, едва ли не запрыгнул на бескрайнюю кровать. Он обнял жену и, слегка испуганно, дотронулся до своего первенца. Тот был теплым.