— Чего, Сергей Иосифович?
— Чего, чего, — пробурчал Бейлис недовольно, с внезапно прорезавшимися визгливыми нотками в голосе — признак, что он находится в крайнем возбуждении. — Хампаша Хасановича ко мне!
— Сей момент! — знакомо, как в комсомольской юности, отозвалась Люсинда, стрельнула в шефа приметливым взглядом и исчезла.
Может быть, ему сменить секретаршу? У всех его знакомых секретарши — длинноногие современные дивы, а у него чучело какое-то.
Но больно уж преданна. Дивы предадут, не моргнув глазом, а Люсинда не предаст ни за что. Что же касается качественной подстилки, то Бейлис ее всегда найдет для себя. В крайнем случае возьмет в штат еще пару девочек на незначительные должности. Например, хранительниц зубных щеток генерального директора конторы. Или развесчиц сухих мух. Положит двести долларов оклад — половина Москвы на такую фартовую работенку выстроится, конкурс можно будет объявить.
Хампаш Хасанович вошел в кабинет энергичным пружинистым шагом, круглое плотное лицо его ничего не выражало, в плечах чувствовалась сила. Он подбадривающе глянул на Бейлиса.
— Слышали про Хозяина? — спросил у него Бейлис. Хампаш Хасанович кивнул.
— Ужасная новость.
— Что скажете на это?
— Пока не анализировал…
— А вы проанализируйте, Хампаш Хасанович, и через полчаса зайдите ко мне. Интересно знать, что вы по этому поводу думаете? — Бейлис вытянул перед собой руки. Пальцы у него потряхивало крупной противной дрожью. — Видите?
Хампаш Хасанович с интересом взглянул на руки Бейлиса, отвел глаза в сторону.
— Достается вам, — пробормотал он сочувственно.
— Я жду вас через полчаса.
Через полчаса, минута в минуту, новый советник отличался особой аккуратностью, Хампаш Хасанович вновь появился в кабинете Бейлиса.
— Ну что? — спросил Бейлис.
Во взгляде Хампаша Хасановича возникла заинтересованность.
— Это сделало государство, — проговорил он, отер пальцами плотное, словно отлитое из металла лицо.
Бейлис обеспокоенно заерзал в кресле, вжался в него, стараясь, чтобы спинка прикрыла его затылок, — опять начало казаться, что в голову сзади, кто-то целится из пистолета. В горле сам по себе возник стон, и через несколько мгновений исчез. Бейлис поймал себя на том, что плохо владеет собой.
Он резко и сильно надавил ладонями на стол, рассчитывая, что возникший в нем страх, пройдет, но страх не прошел, наоборот, Бейлису сделалось хуже.
— Он мог бороться с кем угодно, с любой мафиозной группировкой, но только не с государством.
— Государство, — неверяще, заикаясь, проговорил Бейлис. — А кто именно? Кто конкретно?