— Мяв!
— Мяв… — повторила Велесса несколько растерянно. — Котенок! Бедненький. Иди сюда…
Она опустила тыльную сторону ладоней на землю, предлагая котенку залезть к ней на руки, но животное двигаться с места не собиралось.
Велесса встала, тряхнула ногами, которые успели онеметь, и принялась смотреть на котенка сверху вниз. Она, конечно, могла уйти куда-нибудь отсюда, даже вернуться на лавочку или сходить к морю. Но что-то ее держало.
Может, это были зеленые глаза, такие же, как у нее самой?
Почему она вдруг вообще обратила на котенка внимание?
Ответы на эти вопросы все равно не сдвинули бы дело с мертвой точки, и поэтому Велесса вновь присела и решительно взяла котенка на руки. Он был даже мягче, чем диван в отеле, его тоненькие белые усы кололи ладони, а подушечки лап оказались шершавыми.
Велли несмело держала его на руках, будто кукурузу. Она поднесла его к лицу, на что котенок выдал очередное «Мяв», улыбнулась и прижала котенка к себе, прямо к груди, в то место, где остался белый след от мыла, чувствуя его тепло.
В котенке, определенно, был плюс. Он с легкостью это пятно закрывал.
Велесса вернулась к лавочке, но та оказалась занятой: на ней сидели и переговаривались две довольно взрослые туристки. Заметив Велли, судорожно прижимающую котенка к груди, они переглянулись, и уже через пару минут лавочка оказалась пустой.
Велесса плюхнулась на дырчатое сидение и чуть ослабила хватку.
Какое сейчас время суток? Судя по всему… Но, то есть, не по всему… На улицах туристов стало определенно больше, чем в тот момент, когда Велесса сбегала из отеля. Это значило, что туристы проснулись. А туристы просыпались утром…
Но ведь они не спали днем.
Поэтому сейчас или утро, или день. Вечером — закат. Розовый.
Велесса провела рукой по пушистой шерстке котенка. Он причмокнул, но на этот раз мяукать не стал. Она чуть отодвинула его от груди и заметила, что глаза у того прикрыты. В первый момент она перепугалась, но потом поняла — спит!
Коты спят в любое время суток, что ли?
Впрочем, может, он устал после переглядки…
Небо сегодня было странным. Оно больше не походило на глаза Антона — перекрасилось в невзрачный и серый цвет. И значило теперь не свободу и даже не конец, а какую-то тоску…
Даже облака потемнели. Но об этом Велесса не переживала — у нее в руках было собственное ручное облако. И где-то недалеко, в траве, лежало недоеденное яблоко.
Ну, прямо, что ещё для счастья нужно? Антон? А нужен ли он ей сейчас? И нужен ли был раньше?
С другой стороны, если бы не он, Велесса никогда не оказалась бы здесь. И не обзавелась собственным облаком, полотенцем-птичком и множеством маленьких морей.