— Есть, но боюсь, она тебе не понравится. Скажи, у тебя были проблемы, связанные с тем, что ты вроде как полукровка?
— Конечно, были! Так что за теория?
Он вздохнул:
— Ты же знаешь, что у нас к Богам взывают, ими клянутся, но они редко отвечают? — и, дождавшись моего кивка, продолжил, — а когда отвечают, никто не знает, каким будет их ответ!
— Ты хочешь сказать, что это, — я коснулась уха, — шутки Богов?
— Не знаю, умеют ли Боги шутить, но сделать это под силу только им. Может, это твое испытание?
Меня вдруг разобрал смех. Ой, только не говорите мне, что я Избранная! Все, чего я хочу — свобода и счастье для себя и своих друзей, спасать мир поищите кого-нибудь другого!
— Что-то не так, Лин? — удивленно посмотрел на меня Раян.
— Нет, все хорошо, — улыбнулась я ему, — знаешь, а ведь у меня есть многое, что я должна тебе рассказать. И не только о себе: о планах Шатэрран и Таэршатт, о том самом маскирующем амулете… И потом, я нашла кое-что, что может помочь тебе в поисках средства закрыть проходы.
Он споткнулся, потрясенно посмотрев на меня:
— Да, судя по всему, у тебя было интересное время!
За разговорами мы и не заметили, как дошли до дома нара Тиарея. Ювелир был на месте, тут же отдал мне три золотых, которые я попросила, и пожелал удачи на экзаменах. Пока мы шли к дому Фралии, я спросила у Раяна:
— Скажи, а что ты рассказывал невесте о Рине?
— Почти ничего, только то, что мы подружились и что я очень надеюсь, что когда-нибудь вы встретитесь и подружитесь. Постой, — спохватился он, — получается, о тебе никто не знает? Ни Тина, ни те парни на балу?
Я закусила губу и отвернулась. Раян покачал головой:
— Когда-нибудь ты скажешь им все, а сейчас — не время, это может навредить тебе. Не волнуйся, я буду молчать.
— Ох, Раян… Больше всего я боюсь, что они не простят мне моей лжи…
— Знаешь, Лин, ты зря боишься. Скажи, ты кому-нибудь лжешь об испытываемых к ним чувствам? Изменятся ли эти чувства, если ты вернешь себе прежнюю внешность и Огонь?
— Конечно, нет! Какое отношение имеют чувства к внешности?
— Вот и ответ. Друзья могут рассердиться, но непременно тебя простят, все обдумав. Да и опасно для них такое знание!
Прежде, чем идти к Фралии, мы зашли в кондитерскую, где я купила для Салии ее любимых пряников. Подойдя к дому портнихи, я обратилась к Раяну:
— А вот здесь я задержусь, так что…
Он огляделся и показал мне на вывеску небольшого, но уютного трактира:
— Я буду ждать тебя там, хорошо?
Я кивнула и вошла в дом. У Фралии я провела больше часа: платье, которое я задумала, шло вразрез с местными традициями и требовало от нее нестандартных решений. Обсудив все и вручив малышке угощение, я вышла на улицу и решительно двинулась к трактиру, где меня ждал Раян. Он сидел за столиком в углу зала и, едва завидев меня, встал навстречу, затем усадил рядом с собой и спросил: