— Басаев сейчас там?
— Три дня назад, был там.
— Скажи Алексей, этот Кун, он как-либо связан с мировой закулисой?
Сергей скользнул взглядом по лицу офицера, разговор тому явно не шел на пользу для здоровья, подпитка энергией подходила к концу. Закон физики, заряд батарейки на исходе. Разведчик мотнул головой.
— Это мне не известно. Про закулису я не слыхал. Что это?
— Да, так.
После выдачи всей информации, Алексей словно сдулся, тупая боль снова накрыла изгвазданное тело.
— Алексей, а известно, чей конкретно представитель этот Кун?
— Старков в разговоре упоминал Джеймса Голдсмита.
«Есть! Вот оно!»
Сергей прикоснулся к плечу раненого, подмигнул ему.
— Держись дружище, вертушка обязательно будет. Окажешься в госпитале, там выходят, поставят на ноги.
Оказавшись на воздухе, оставив позади себя запахи крови, пота и смрада гари, Сергей не стал торопиться обходить выставленные им же посты. Остановился подумать, как быть дальше ему, рядовому Российской Армии Хильченкову. Мысли птицами унесли его в воспоминания недалекого прошлого.
Уже после окончания школы, месяца за три перед армией, дед Матвей отпустив домой последнего болящего, «квартировавшего» у них на хуторе, загадочно прищурившись, произнес:
— Собирайся. Завтра едем с тобой в Краснодар.
— Зачем, деда?
— Познакомлю тебя с одним человеком. Все чему я тебя мог научить — я исполнил. Только этого по нынешним временам мало. Треба знать поболе. Вот в этом поможет он.
— И к кому поедем?
— А, там узнаешь. Чего сейчас попусту язык о зубы бить?
Рано поутру, сняв Блохастую с цепи, и отправив на вольные хлеба, а Белаша на самопас в луговину, когда вернутся — неизвестно, пехом добрались до станицы. Сели в рейсовый автобус, шедший в райцентр, да и покатили по шоссейной дороге вместе со станичным людом, делая остановки у каждого столба. Районный центр встретил путешественников предполуденной жарой и другими атрибутами городской жизни и людской суеты.
Сергея всегда удивляло то, что люди в городе не обращают внимания на чистоту улиц, пыль и загазованность, а с приходом дикого капитализма, еще и на взаимоотношения между титульным населением. Уже у границы самого автовокзала раскинул свои паучьи сети вещевой рынок, казалось бы, спонтанно организованный чьей-то невидимой умелой рукой. До маршрутного автобуса, следовавшего в столицу края, было еще два часа, и внук уговорил деда пройтись по торговым рядам, окунуться в людской поток.
— И чего мы там с тобой не видели?
— Дед, ну это же интересно! Пройтись и услышать круговерть человеческих чаяний и страхов.