– Тут… уютно. Наши дома редко признают гостей. Не понимаю… Очень знакомый запах, но какой-то даже для меня… старый.
Он снова втянул воздух, постоял, пробуя вспомнить важное. Скривился и обреченно качнул головой – устал, да и не важно это. Снова заморгал тонкими змеиными веками без ресниц.
– Утром возведут купол для церемонии. Здесь, перед домом. Я могу уверенно полагать, что после полудня вы будете вне атмосферы этого мира? Навсегда.
– Как пожелаете. Слово.
Он успокоился, даже помолодел лицом. Вышел и удалился. Кит наоборот, возник и бережно прикрыл дверь. Гюль уставилась на меня, ожидая продолжения.
– Напиши список условий, которые никогда и ни при каких обстоятельствах не примет империя. Это должно быть не просто «нет», я хочу, чтобы читая, их посол застрелился, – строго попросила я обоих, Кита и Гюль.
И ушла отдыхать. Я не справилась. Умное и подлое сделано. Что я могу? Только городить глупости, но есть ли в них сила и польза? Пока – нет. Пока я даже не знаю, за что мы все тут пробуем бороться.
За утро я вместе с Гюль написала условия отказа имперцев от подписанного ими договора и переслала для включения в текст. Посол империи – единственный, у кого я не просила цитрамон – даже перезвонил, чтобы на меня глянуть. Вероятно, его поставили в известность об уровне интеллекта… пусть смотрит. Я даже не строила тупую рожу, просто моргала в экран, невыспавшаяся и помятая. Затем мы с морфом обо всем договорились, выучили перечень составленных за ночь моими сообщниками кошмарных требований, включающий переименование империи в «сектор ИИ» и отмены основных институтов власти, действующих много веков. Написано было сильно, без единого оскорбления, корректно и сухо. Дрюккели, и те не сочтут издевательством по форме. Затем морф впитал чернила, пока я просмотрела данные по всем семи расам с учетом моих замыслов. Йорфы махинацию просекут, но если не совсем больные по части чести – то им же лучше. Дрюккели тоже могут разобраться, в их организованность я верю. Но эти будут молчать, они еще вчера жвалами от злости стрекотали на весь поселок. Прочие расы – эти прошляпят. Спорю на килограмм золота, которого лишусь в полдень.
Постепенно на нашем газоне выстроились в два ряда транспорты. Несколько йорфов заранее приготовили шатер – ну, я предпочла так называть сооружение. Туда мы все и сгрудились ближе к полудню.
На возвышении стоял Хусс. Мрачный, как на похоронах.
Рядом пыжился, старался из штанов от счастья не выпрыгнуть, имперский чин – выше тэя по рангу, я предположила по его тотальной безликости. Смотрел на всех, кстати, как на грязь. Он же победитель.