Эльфы мигнули.
– Замечательно, – порадовалась я такой покладистости. – Вопрос первый: с чего вы взяли, что я ваша родственница?
– Это просто, – сказал сглотнувший слюну Лелик, когда мы подскочили на кочке. – Твоя кровь активировалась, как только ты переместилась в наш мир и стала взывать. Мы все это почувствовали, но слабо, списав на внезапную симпатию. И только отец Магриэля подтвердил, что ты имеешь в родословной эльфа.
– Допустим, – задумчиво почесала я нос. – И каким образом я его имею?
– Когда-то давно, – нехотя признался Маголик, смотря прямо перед собой, – один из братьев моей матери решил, что его не устраивает уклад нашей жизни, и сбежал в другой мир. Имя его было предано забвению. И долгие годы никто о нем не вспоминал. Но кровь не вода.
– Занятно, – закусила я губу, вспоминая рассказы бабушки о каком-то загадочном и прекрасном любовнике ее матери, моей прабабушки, от которого она родила внебрачного ребенка. – Но если это было так давно, как вы говорите…
– Эльфийская кровь самая стойкая, – пояснил Болик, начиная входить во вкус поездки и уже без содрогания поглядывая на проносившийся за окном пейзаж. – Даже твои правнуки все равно будут носителями нашего гена.
– Вот счастье-то! – сокрушенно всплеснула я руками. – Всю жизнь мечтала быть чьим-то носителем.
– Не «чьим-то», – оскорбился Магриэль, задетый за фамильную честь, – а крови королевской семьи! Это много значит.
– Для кого? – удивленно подняла я брови. – Для меня это значит, что я нашла себе еще больше проблем, чем хотела.
– Ты должна это ценить, – попытался убедить меня брюнет в своей избранности. Но и я, и история знали столько неудачных примеров, что мне было проще отказаться, чем расхлебывать последствия. Тем более что меня никогда не прельщали длинные уши.
– Должна, – посмотрела я на него внимательно, – но не буду. Я родилась человеком и умру им, даже если вам всем это не нравится.
– Леля, – вмешался Лелик, придерживая за плечо рванувшегося ко мне с какими-то странными намерениями Маголика, – у тебя уже нет выбора. Ты можешь не признавать это родство, но оно тем не менее у тебя есть. И поверь, что любой член нашей семьи уже признал тебя заочно и будет защищать твои интересы любой ценой.
– Даже если она расходится с его интересами? – не поверила я в подобный альтруизм. – Зная вашу расу по нашему совместному путешествию, очень в этом сомневаюсь.
– Мы не самые лучшие представители, – внезапно признался Болисиэль. – К тому же в тот раз мы понятия не имели, что ты наша кузина. Иначе бы все было по-другому. Естественно, что тебя бы никто никуда не пустил.