Линда фыркнула, махнув рукой. В её глазах на мгновение блеснула пренебрежение и брезгливость.
— Рискую ранить твоё самолюбие, но я не об этом хотела поговорить. Сенат недоволен тем, какая у тебя команда. Они настоятельно рекомендовали тебе прекратить собирать по окрестным системам всякий сброд и обратиться за помощью к профессионалам гвардии или космическому десанту.
Карилис в голос рассмеялся, запрокинув голову и весело блеснув глазами.
— Обратиться к кому, к кому? — не переставая смеяться, спросил он, утирая выступившие слезы. — К этим шаблонным неповоротливым долбоё… десантникам? — спохватившись, смял ругательство он. — Чтобы вместо разведки и внедрения я получал сожжённые города, крики на всю улицу и шквальный огонь по всему движущемуся? Линда, опомнись! У этих поленьев нет ни ума, ни фантазии, ни границ дозволенного. Есть только устав, кодекс и приказ. Всё это годиться исключительно для того, чтобы распечатать и подтереться при нехватке мягкой бумаги.
— Но финансирование твоих расследований… — возмущённо запротестовала Линда.
— Обеспечивается Комитетом, — ледяным тоном оборвал её Ян, сверля взглядом. — И, если ты или твой муж хотите подзаработать на, якобы, необходимой реструктуризации моей команды, это без меня. И смею напомнить тебе, что это моя команда.
— Но личные дела твоих людей не позволяют Сенату им доверять, — стояла на своём Линда.
— А они с Сенатом и не работают, — парировал Карилис. — Личные дела моей команды касаются только меня. И они позволяют мне им доверять.
— Ты всегда был эгоистом, Карилис, — Линда не прощаясь развернулась на каблуках и быстро пошла прочь, оставляя Яна одного. Комитетчик от злости с силой попинал бронзовую статую, но более ничего делать не стал.
Ян остался один. Он прошёлся по саду, посматривая на гуляющие здесь счастливые парочки, раздумывая о том, как быстро Сенат в лице Линды узнал о Карле Миролич. Он долго ещё стоял, глядя на фонтан в центре сада. Четыре шпаги, выполненные из прозрачного материала, были огранены таким образом, чтобы протекающая по ним подкрашенная в коричнево-красный цвет вода играла на солнце яркими всполохами. Вокруг фонтана были высажены деревья с голубыми листьями и ультрамариновыми стволами. Фонтан должен был символизировать герб Эдарии, коричнево-красный ромб на голубом фоне. Янис думало том, кому на самом деле нужна его работа, если, глядя на эдарианский символ он хочет только одного: насадить парочку сенаторов на эти шпаги и заставить их на них вращаться.
Карла как-то незаметно для себя осталась одна за столиком. Лиам в компании нескольких девушек сидел у бара, травил байки из его жизни и всячески склонял их к продолжению вечера. Вильям испарился в неизвестном направлении, но Аша сказала, что у него на этой планете есть какая-то родня, и, возможно, он пошёл их навестить. Сказать про Вильяма, что у него вообще были родители и иные родственники, казалось таким же странным, как сказать это про орбитальную станцию. Да, все знают, что она была кем-то создана, но где сейчас эти люди и живы ли они, однозначно ответить становилось сложно. Так и с Вильямом. Да, он явно был произведён на свет естественным путём, но представить его в окружении родни у Карлы никак не выходило. В то же время она прекрасно понимала, что и ему пришлось когда-то быть маленьким, взрослеть и превращаться в того сильного и уверенного в себе мужчину, с которым Карле теперь пришлось вместе поработать. Она задумалась, а всегда ли Вильям был немым, или это стало следствием какого-то случая.