Мы расстались, а значит, меня это больше не касается. Поэтому я прибегаю к старому проверенному приёму.
– Прости, что испортил тебе жизнь, Гвен. В следующий раз, когда я захочу что-нибудь сделать, то непременно спрошу у тебя разрешение.
И тут она взрывается.
– Она не в твоём вкусе!
Я моргаю.
– Что?
– Бет немного, как бы это сказать, фрик. Нет, её можно назвать даже симпатичной, если, конечно, кого-то тянет на извращённую красоту типа «моя жизнь – тёмный чулан». Пойми, ты же всё равно не сможешь уделить ей столько внимания, сколько ей нужно. Сам знаешь, у тебя на первом месте бейсбол. Короче, я хочу сказать… кто угодно, только не она!
Не она.
От злости у меня сводит живот. Итак, мы вернулись к главной теме давешнего разговора на трибунах: бейсбол разрушил наши отношения.
– Гвен, мы расстались, и ты теперь с Майком.
Я слышу, как она улыбается.
– Но ведь ты обещал, что мы останемся друзьями. Я поступаю как хороший друг.
Друзья. Ненавижу это слово.
– Ты права. Бет красивая.
– У неё кольцо в носу! – из голоса Гвен мгновенно исчезает всякий намёк на улыбку.
– По-моему, это сексуально.
– Я слышала, она курит.
– Она пытается бросить.
Это я, правда, только что придумал.
– Говорят, у неё татуировка на пояснице.
А вот это уже интересно.
– Так далеко я ещё не заходил, но, когда увижу своими глазами, непременно расскажу тебе, если, конечно, мы останемся друзьями.
Я представляю, как приподнимаю блузку Бет на спине, а она улыбается в ответ на моё прикосновение. Кожа у неё, наверное, нежная, как лепесток. У меня чешутся пальцы от желания прикоснуться к Бет, кровь вскипает, когда я воображаю, как она шёпотом произносит моё имя. Чёрт. Эта девушка меня по-настоящему заводит. Я провожу рукой по волосам, пытаясь отогнать эти мысли. Какого чёрта?
– Райан, я не шучу: она тебе не подходит.
– Хорошо, тогда скажи, кто мне подходит!
Я не хотел показывать, что разозлился, но эта игра мне до смерти надоела.
– Только не она, хорошо? – просит Гвен.
Мечты о прикосновении к Бет распаляют и смущают меня в одно и то же время. Раздаются три быстрых удара в дверь – сейчас войдёт мама.
– Мне пора.
– Спокойной ночи, – разочарованно отвечает Гвен.
Мама одета в синий пуловер и юбку того же цвета. Сегодня она ходила ужинать с женой мэра.
– Я помешала?
– Нет, – я швыряю телефон на тумбочку.
– Мне кажется, ты чем-то расстроен, – мама подходит к моему комоду, любуется своим отражением в зеркале, поправляет жемчужное ожерелье. – Я услышала твой голос в коридоре.
Я качаю головой.
– Просто разговаривал с Гвен.
Мамина рука застывает на шее, уголки губ приподнимаются в улыбке.