— Прекрасно, преступим. Я, капитан Людмил, возглавляю судно вашего эскорта, — обратился я к неорганизованной толпе внизу. — Только что на ваш лайнер была предпринята попытка нападения. У меня есть все основания предполагать о том, что сообщники преступников имеются среди членов команды. Предлагаю им самим объявиться и передать себя в руки правосудия. В противном случае, в соответствии с действующими положениями устава, они подлежат казне на месте, без права возрождения. Время на размышление — тридцать секунд.
Моё истинное зрение сразу же вычленило двух человек с мгновенно изменившейся, после моих слов, аурой. Один из них был электрик, а второй — навигатор лайнера. Это было и понятно, только навигатор мог с точностью определить время окончания прыжка и координаты ближайшего ускорителя, а электрик был нужен, что бы в нужный момент замкнуть цепь и не дать включиться силовому полю. Правда, не хватало третьего, который бы координировал их действия и имел доступ к источнику внешней связи, что бы передавать информацию за пределы корабля. И, скорее всего, этот третий был из числа пассажиров.
— Капитан, — обратился я к Смолету, — этого и этого подготовить к суровому возмездию. Если они верующие, то вы должны, как высшее должностное лицо, отпустить им все грехи и подготовить к смерти. На всё, про всё, у вас десять минут.
Первым не выдержал навигатор. Всхлипывая и захлёбываясь слюной, он тут же выдал всё, что знал — кто и когда его завербовал, кто выходил на связь с ним уже здесь на лайнере и какие сведения он передавал. Вслед за ним заговорил и электрик.
Посчитав свою миссию выполненной, я вернулся на свой корабль, передав все бразды правления в руки капитана Смолет. Он капитан и ему принимать окончательное решение о судьбе сообщников пиратов. На его месте я бы не торопился и передал всех преступников в руки местного правосудия, да ещё дал бы несколько интервью местным журналистам, что бы те раздули тему и не дали её замять.
Как же приятно понежиться на горячем песке, на берегу тёплого моря, под ласковыми лучами летнего солнца. Девчонки вовсю резвились на частном пляже, который я арендовал на всё время нашего пребывания здесь и, практически, не вылезали из воды. Каждый день начинался с того, что мне демонстрировали новые пляжные наряды и требовали слов восхищения их внешним видом и одобрения утончённого вкуса. Через три дня появился капитан Смолет и сразу же обвинил меня в том, что я его подставил, так как местная журналистская братия не даёт ему проходу, а он тоже хочет насладиться отдыхом в этом райском местечке. Кончилось всё тем, что он был временно принят в наш коллектив на время, оставшееся до отлёта, что обеспечило ему более-менее спокойную жизнь на частном, закрытом для других пляже.