- Раз-два взяли! - крикнул Пашка, который в отличие от Володи имел опыт уличных драк, а потому принял на себя общую координацию атаки.
Володя ударил. И Пашка ударил. Однако в самый последний момент брат Василий сдви-нулся с места и, присев, по-дьявольски быстро проскочил между нападавшими. Те успели уло-вить движение, развернулись и в результате едва не покалечили друг друга: Пашка заехал Во-лоде кончиком меча в солнечное сплетение, а Володя рассёк своему приятелю ухо.
На плац полилась кровь; Пашка в ужасе завыл. Тут же на месте действия появился брат Мефодий с белым саквояжем в руках, отвёл Пашку в сторону, посадил на скамейку, матерясь привычно по-чёрному. Володя наблюдал за этим, стоя, как истукан, посередине плаца и пыта-ясь сделать вдох. Вдох сделать не получалось. Тогда к нему подошёл брат Василий и резко хлопнул по спине. Вдох получился, и немедленно грудину прорезала острая боль. Володя со-гнулся и присел на корточки.
- Ничего, ничего, мальчики мои, - подбодрил незадачливых друзей брат Василий. - Тяжело в учении - легко в очаге поражения, - и заржал, весьма довольный своей шуткой.
Самое удивительное, что остальные послушники подхватили его смех.
- Значит, так, - сказал брат Василий, - вы, мальчики мои, могли убедиться, что ничего не умеете и не знаете. Моя задача заключается в том, чтобы вы через три недели кое-что уме-ли и знали. Поэтому с демонстрацией подавляющего превосходства мы на сегодня закончим и перейдём к изучению основных стоек и поворотов при обороне испанским мечом... Всем лечь и отжаться двадцать раз!
Занятия продолжались.
Всю последующую неделю брат Василий пичкал послушников таким количеством новой информации, что по вечерам у Володи гудела голова и создавалось странное ощущение, будто голова - это сосуд, наполненный до самых краёв водой, и что если сделать неосторожный шаг, оступиться, то вода-информация расплещется, выльется на пол или землю, теряясь уже навсегда.
Зато к концу второй недели Володя уже мог легко ответить, чем отличается, например, рондел от басселарда, или перечислить все известные разновидности сюрикенов. За эту неде-лю он более-менее освоил короткий испанский меч, поясной венецианский и итальянский дву-ручник - выходил с ними в правильные стойки, названия которых казались сначала абрака-даброй на тарабарском языке, а теперь стали привычными и свободно выговаривались; нау-чился он и прилично стрелять - эта наука оказалась куда проще фехтовальной - из "калаш-никова", "узи" и ТТ; мог разобрать любой "ствол" за несколько секунд, почистить, смазать и собрать.