- Хорошо, - кивнул, принимая вводную, - только меня после школы Чернобурка ангажировала не знаю на сколько часов.
- Вот и хорошо, - внезапно обрадовалась Томка, - тогда на ужин приходи.
Она с аппетитом посмотрела на мои губы, и я невольно залыбился.
- Андрей, - вдруг позвали меня от двери.
Я повернулся - то была опять завуч, и она была чем-то встревожена:
- К Татьяне Анатольевне, быстро.
Против ожидания, на челе Тыблоко не было ни привычной озабоченности, ни недовольства. Напротив, она посмотрела на меня даже с какой-то тенью сочувствия.
- Что-то случилось? - голос мой невольно дрогнул.
- Садись, - махнула она рукой в сторону стула.
Я сел и настороженно выпрямился. На миг установилась хрупкая тишина, потом директриса разомкнула уста:
- Мама твоя звонила. Отца повезли на операцию, подозрение на аппендицит.
В груди у меня замолотило.
- Куда повезли? - я сместился на краешек стула.
Тыблоко опустила взгляд на какой-то листочек:
- Факультетская хирургия.
- Ага, - я прищурился на портрет Ленина за ее спиной, припоминая черные ходы на эту кафедру, и повторил, - ага.
- Андрюша, - произнесла Тыблоко доверительным тоном, а потом даже вышла из-за стола, подошла вразвалочку ко мне и взгромоздилась на соседний стул, - все будет хорошо, не волнуйся. У него ж с утра ничего не болело? Значит - неосложненный. Он мужчина у вас крепкий, здоровый...
Я с удивлением воззрился на нее и, не найдясь с ответом, промычал что-то невнятное.
- Ну, вот и хорошо, - директриса потрепала меня по плечу, - мама сказала, что поехала на кафедру, и тебе сегодня туда не надо. Пока прооперируют, пока от наркоза отойдет... Как только что-то будет ясно, она позвонит домой, жди.
- Ясно, - кивнул я, - спасибо, Татьяна Анатольевна.
Тыблоко наклонилась, внимательно выглядывая что-то в моих глазах. Не выглядела и одобрительно кивнула:
- Хорошо, Андрей. Тогда сейчас иди домой. Завтра... - она чуть заметно заколебалась, - завтра сам смотри. Можешь на уроки не приходить.
Я задумчиво почесал затылок.
- Да нет, придется прийти. У нас же завтра город, ребят настроить надо.
- Молодец, - она вернулся за свой стол и взмахнула, отпуская, рукой, - тогда беги, успокаивай своих девчонок.
Я так и вывалился в коридор с гримасой изумления на лице.
Две Томки ждали меня, порознь застыв у окон напротив.
- Дым в трубу, пельмени разлепить, - буркнул я в простенок между ними и направился в сторону гардероба.
За моей спиной послышались торопливые шаги. Догнав, каблучки молча пристроились у левого плеча, сандалии - у правого.
"Ладно", - подумал я, принимая неизбежное, - "пора разрубать, потом только хуже будет".