– Ну так пошли! Чего встал? – подтолкнула его в спину охотница.
– Гребаный кот Шредингера, – покачал головой воин и с обреченным видом потянул калитку на себя.
Она оказалась не заперта, и мы вчетвером зашли в небольшой ухоженный садик. Посыпанная гравием дорожка мимо грядок и цветочных клумб вела к прячущемуся за фруктовыми деревьями небольшому одноэтажному дому. На скрип калитки из дома выглянула худая светловолосая женщина. Заметив нас, она приветливо улыбнулась, хотела что-то сказать, но тут взгляд ее остановился на Фантике… Глаза женщины расширились, она покачнулась, оперлась о перила крыльца, затем прикрыла рот руками и убежала обратно в дом.
На Фантика же напал столбняк. Он повернул к Пончику вымученно-серое лицо и с тоской в голосе произнес:
– Ну вот… по ходу, зря я надеялся на ребенка…
Тут дверь дома снова открылась, и на пороге появилась та же женщина с маленьким ребенком на руках, аккуратно сошла с крыльца и со слезами на глазах направилась к нам.
– Володя… Володенька… ты пришел, – негромко произнесла она. – К нам пришел…
Фантик мертвой хваткой вцепился в плечо стоящего рядом Пончика, на внезапно побелевшем лице воина надежда смешалась с испугом, он оглядел нас неверящим взглядом и снова перевел его на жену.
– Да иди уже к ней, придурок, – зашипела на него Масяня и, сунув ему в руку небольшой букет каких-то розово-красных цветов, которые мгновением раньше вытащила из сумки, ощутимо подтолкнула в спину. – Все о вас, мужиках, заботиться надо, – с улыбкой глядя ему вслед, покачала головой она. – Полгода где-то шлялся и даже цветы забыл жене купить.
На полдороге Фантик наконец пришел в себя, подхватил на руки плачущую жену вместе с ребенком, что-то у нее спросил и, обернувшись, крикнул.
– Это девочка! Люба! У меня теперь есть большая маленькая любовь!
– Так, по-быстрому сваливаем, – скомандовала нам Масяня. – Дайте людям наговориться. А он сам со своими женщинами в «Единорог» подтянется.
Охотница буквально вытолкала нас за забор.
– Ждем в «Единороге»! – крикнула напоследок она, а в сторону добавила. – Блондинки ему, блин, не нравятся! А у самого-то! Убила бы гада…
Клановый дом Фераты – четырехэтажное каменное здание с пристроенным трактиром, конюшнями и еще какими-то непонятными каменными постройками, напомнил мне один из выставочных павильонов в Сокольниках, под предлогом посещения которого мы частенько захаживали с Максом в парк для того, чтобы банально попить пивка. М-да… Неплохо так живут топовые кланы. Почти гектар земли на территории Вайдарры. Пусть оно и всего-то в паре сотен метров от городских стен, но стоит, наверное, как не самое захудалое баронство. А насколько я помню из рассказов Трезвого, клан-лидер Фераты Фенрир как раз имеет баронское звание и замок где-то в Западном Приграничье. Но вот уровень его клана и статус все-таки, скорее всего, обусловлены в первую очередь именно этим вот четырехэтажным домом на территории столицы людей. Может, и себе тут тоже чего-нибудь такое же прикупить на досуге? А чего, грохнем Главного Гада, возьму у отца Себастьяна ипотечный кредит… Я улыбнулся своим мыслям и, сунув в зубы трубку, потянулся за огнивом. Большое дело должно начинаться с большого перекура.