«Неприкасаемый», - словно зачарованная, мысленно повторила Динка.
После этого разговора она пошла прямо к Руи. Как это часто бывало, застала его в комнате для собраний – перед пятью мониторами. Трещит колесико мышки, на экране в центре стола сменяют друг друга страницы какого-то документа. Когда она вошла, Руи даже не обернулся, только спросил:
- Чего тебе, малявка?
- У тебя что, глаза на затылке? – удивленно поморгала Динка.
- Нетрудно было узнать по шагам. Ты шла по коридору, как слон. Хоть и малявка.
«Вот противный тип, - подумала Динка. – В трех предложениях два раза оскорбил».
Она подошла прямо к нему и смело положила ладонь ему на макушку. Руи застыл.
- И что это ты делаешь?
- А что такого? – как ни в чем не бывало спросила Динка. – Тебе так делать можно, а мне нельзя?
Руи со вздохом убрал Динкину руку со своей головы.
- Слушай, малявка, иди займись чем-нибудь полезным. Ты мешаешь мне работать.
«Очень даже прикасаемый», - подумала Динка, а вслух сказала:
- Чем заняться?
- К школе готовься. Каникулы скоро закончатся.
- Успею. А когда мы в Старый Город поедем?
- Когда я скажу. Какое слово в предложении «Я занят» ты не понимаешь? Давай объясню.
- Не надо. Я уже все проверила и ухожу.
Динка развернулась на сто восемьдесят градусов и пошла к выходу. Руи остановил ее у двери:
- И что ты проверяла?
Динка глянула через плечо и улыбнулась, довольная: ей все-таки удалось заставить его повернуть голову и посмотреть на нее.
- Не скажу, - заявила она и вышла в коридор.
Вторым человеком в команде, с которым Динка сразу поладила, была Марина. Правда, ей Динка не «тыкала», стеснялась. Марина была доброй и улыбчивой, как Вик, но, в отличие от него – безнадежно взрослой. С Виком Динка разговаривала без всяких церемоний, на равных, а рядом с Мариной всегда ощущала незримое расстояние в несколько десятков лет.
По утрам Марина заходила Динку будить. Поднимала с постели и ждала, пока Динка переоденется и умоется, чтобы вместе спустится в столовую – к завтраку. А еще Марина полюбила расчесывать Динкины волосы. Она делала это каждое утро: аккуратно, медленно. Динке нравилось. Как будто мама ей волосы расчесывает. Ласковая, любящая мама.
- Красивые у тебя волосы, Динка, - как-то сказала Марина. – Гладкие, сильные и совсем не вьются. Ни капельки. Черный атлас.
- Волосы как волосы, обычные, - пробурчала Динка, хотя слышать похвалу было приятно.
Марина тихо рассмеялась.
- Маленькая ты еще. Не понимаешь. Черноволосая, черноглазая, а кожа у тебя светлая. Ты знаешь, что это редкость? Черноволосые обычно смуглые. А у тебя личико белое и нежное. Вырастешь – красавицей станешь. Все наши ребята в тебя влюбятся.