Он дышал. Более того — он был в сознании. Правда выглядел так, что мне стало ясно — если сейчас ничего не сделать, то мой друг покинет этот мир.
— Эраст — еще слышно произнес он — Эраст…
Мне стало ясно — он подумал, что я его бросил. Когда он оклемается, то за такие мысли я непременно дам ему в нос.
— Проклятие, как и было сказано — сообщил мне Унс, только глянув на рану. Точнее — на черно-синее пульсирующее пятно, в которое превратился бок Гарольда — И довольно сильное.
— Это кто? — прошептал Монброн, глядя на меня.
— Я? — ткнул себя пальцем в грудь Два Серебряка — Посланец Смерти, кто же еще?
В глазах Гарольда появилось нечто вроде страха. Впервые на моей памяти я такое увидел. И, надеюсь, в последний раз.
— Жалко, что я умылся — сообщил мне Унс — Как бы эффектно я сейчас смотрелся с набеленным лицом, а?
— Делайте уже что-то — потребовал я — Потом пошутим.
— Э, нет — Унс отошел от кровати, на которой лежал Монброн, и уселся в плетеное кресло, стоявшее у стены — Сначала пусть он подтвердит твою клятву. Без этого я и пальцем не шевельну.
Гарольд в этот момент издал низкий горловой звук, его тело дернулось.
— О, конвульсии — даже как-то радостно сообщил мне маг — Отходит за Грань.
— Ну, и как он что-то может подтвердить? — возмутился я.
— Не знаю даже — Унс забросил ногу на ногу — Попробуй его потеребить. В нем жизнь-то еще теплится.
Все. Мое терпение кончилось.
Я схватил шпагу, которую Гарольд, несмотря на свое состояние, все-таки умудрился притащить с собой сюда и, злобно оскалившись, подскочил к с интересом смотрящему на меня магу.
— Ага! — хлопнул в ладоши он — Похоже, это тот самый клинок, которым твоего друга подкололи? Это же он?
— Он — прорычал я — Лечи его, а то я…
— Что — «ты»? Ну вот что — «ты»? — Два Серебряка посмотрел на меня с усмешкой — Боги, что за поколение идет нам на смену. Ничего не умеют, ничего не знают, а туда же. Ну-ка, дай сюда.
Он поднялся с кресла, вырвал шпагу у меня из рук и провел ладонью над лезвием, которое моментально засветилось серебристым цветом. Но не только им — от острия и до середины клинка обозначилась тонкая как нить, черная линия.
— Вот и оно, заклинание проклятия — удовлетворенно сообщил мне Унс — Старая работа, тонкого плетения. И без преувеличения скажу — великолепная. Сейчас такое мало кто сможет сотворить. Я вот точно нет, да и наставник твой, пожалуй, что тоже. Слушай, подари мне эту шпагу, а? На что она тебе?
В этот момент Гарольд позади нас охнул и часто-часто задышал. Обернувшись, я увидел, что его тело выгнулось дугой.
— А вот теперь пора — уже не игриво, а деловито сообщил мне Два Серебряка, бросил шпагу на кресло и поспешил к кровати, на которой умирал мой друг.