— Неудачная попытка.
Миранде оставалось лишь бросать гневные взгляды, к которым сестра была совершенно не восприимчива.
— Если тебя узнают, ты навлечешь подозрение и скандал на лорда Арчера, а он и так в них погряз.
— Она права, душенька, — кивнула Дейзи. — Не стоит подливать масла в огонь.
Миранда стиснула зубы. Имени мужа ничто не угрожало, ведь она гораздо больше верила в свои способности к маскировке, чем сестры.
Поппи улыбнулась и энергично похлопала ее по колену.
— Ну вот. Теперь, когда мы все уладили, вам пора. Уже почти время ужина или в вашем случае — вечернего чая.
Сестры посмотрели на улицу. Смеркалось, от фонаря к фонарю переходил фонарщик с длинной раскачивающейся жердью на плече. Он остановился неподалеку, и приглушенное сияние осветило их окно.
— Черт, — складывая газеты в аккуратную стопку, проворчала Миранда. — Я должна идти, иначе Арчер начнет обо мне спрашивать.
Губы Поппи дрогнули.
— Волнуется за тебя?
Миранда продолжила собирать газеты.
— Понятия не имею, волнуется ли.
— Ему следовало бы. Ты ведь у нас неисправима.
— Ну, разумеется, — расправляя юбки, заявила Дейзи. — Я научила ее всему, что знаю.
— Надеюсь, не всему. Оставь газеты, дорогая. Я разберусь с ними позже.
Прощаясь у двери, сестры расцеловались.
— Берегите себя.
Что-то жгло Миранду изнутри. Гнев ли, страх, она не могла сказать.
— Он не убийца.
— Ты уже говорила, — пробормотала Поппи. — Ты в это веришь или лишь надеешься?
Все умение Миранды шпионить сводилось к подслушиванию под закрытыми дверями и в укромных уголках, посему она даже не представляла, легко ли будет проследить за Арчером, собравшимся в город на следующий день. Оказалось, проще простого.
Широкоплечий высоченный мужчина в черной карнавальной маске и на сером мерине привлекал всеобщее внимание, и кучеру Джону (который участвовал в затее госпожи только потому, что иного выбора не было, и недовольно кривился с тех пор, как Миранда поведала о своем плане) оставалось лишь следовать за изумленными зеваками, словно по пресловутым хлебным крошкам в лесу.
Вскоре их разделяли лишь четыре экипажа. Миранда в нетерпении насколько осмелилась высунулась из кареты. Арчер, сидя уверенно и прямо, держал голову высоко, смотрел вперед и, казалось, не замечал, какую суматоху вызывает. У нее сжалось сердце. Невероятно внимательный, муж не мог не видеть открыто глазеющих на него глупцов, у которых не хватало порядочности оставить его в покое.
К несчастью, оживленное движение на Пикадилли задержало преследователей, и всадник вскоре затерялся среди омнибусов, тележек и экипажей.