– Первой выходит Ронни, мы все ждем.
Приказы не обсуждались, и команда осталась внутри. Ронни исчезла из виду, но уже через несколько минут воскликнула:
– Можете выходить. Курт, ты должен это увидеть.
Девушка сидела на корточках и водила сорванной травинкой по асфальту, который был покрыт слоем наносов и ветвистыми трещинами, откуда лезла трава и поросль кустов. Дайгер и сам видел, что тут изрядно наследили, причем тут было человек десять минимум.
– Все истоптано, – резюмировала она. – Все мужчины, сколько их, сказать трудно. И здесь, и там, – она махнула на ангар. – У ворот. Прошли не так давно.
Дайгер обернулся к вертолету: люди рассредоточились вокруг. Кто просто стоял, кто бродил неподалеку с автоматом наизготовку, кто курил.
– Это могли быть бойцы, которых ты видела.
– Это мог быть кто угодно. И Синдикат, – она встала, глядя под ноги. – Но все следы одинаковые. Точно, военное подразделение.
– Да, тут недалеко была база Синдиката, – он снял автомат с предохранителя, опустил ствол.
Ронни пошла правее, туда, где ржавели невидимые в траве рельсы. Нагнулась, выпрямилась и замахала рукой, Дайгер в три прыжка оказался рядом.
– Посмотри здесь, – она погладила рельсу второй ветки, блестящую свежими царапинами, коснулась сломанной травы. – Тут недавно проехали. Не знаю, на чем, и трудно сказать, кто. Наши клиенты или эти, другие.
Дайгер посмотрел на юг, где тянулись бесконечные холмы, из-за теней плывущих облаков казалось, что они пятнистые, как камуфляж. Летом деревья, обступив со всех сторон, прятали брошенные постройки, теперь же листья облетели, и вокруг царило запустение и разруха.
Он ждал, пока Ронни не обегает окрестности и не убедится, что беглецов тут нет. Вроде и так ясно, что нет, но почему бы им не укрыться именно здесь? Не набраться сил? Вальцев тоже сутки не спал, а выносливым он не выглядит, не говоря уже о девчонке.
Мысленно Дайгер представил план местности: в середине – рельсы, на бетонной площадке – вертолет, на севере – ржавый ангар с приоткрытыми воротами, он упирается в хорошо сохранившуюся бетонную стену, которая местами рухнула, словно в нее ударили из подствольника. Вдоль веток тянулись столбы с колючей проволокой.
Ржавый тепловоз, гниющий под современным, хорошо сохранившимся навесом, следовало проверить, как и металлопластиковое серое здание диспетчеров, расположенное по другую сторону рельс. Кто-то уже побывал там, выбив стекло, и черным написал непристойность, сдобрив ее схематичным изображением мужского достоинства. За диспетчерской имелся вытянутый сарай – видимо, склад деталей – с выпавшими окнами, но целой крышей. Колючка проходила в паре метрах от него.